Рисовать архитектуру – Рисование архитектуры и архитектурных объектов: Виноградные ворота / Doodle&Sketch


31.12.2019 Facebook Twitter LinkedIn Google+ Советы художника


Рисование архитектурных деталей | КАК НАУЧИТЬСЯ РИСОВАТЬ

« Искусство 19 века | Главная | Как нарисовать карандашом гипсовую розетку »

Автор: admin | 08 Янв 2016

Учебное задание по рисованию архитектурных деталей является продолжением освоения рисунка и переходом к изучению более сложных форм – человеческого тела, головы и ее деталей. Упражнения по рисованию архитектурных деталей преследуют не только определенные учебные задачи, но и воспитательные цели. Так, например, изучая и рисуя элементы архитектурных пластических форм, вы приобретаете целый комплекс необходимых качеств для совершенствования в области рисунка. Вы познаете логику конструктивно-художественной сущности этих форм, приобретаете и совершенствуете технические и изобразительные навыки, развивают пространственное воображение и художественный вкус.

Рисование с натуры гипсовых орнаментов и капителей не только знакомит вас с разнообразием форм и чистотой архитектурного стиля, но и ставит более сложные изобразительные задачи, требует дальнейшего совершенствования рисунка.

Рисование форм архитектурных деталей

является важным и необходимым учебно-методическим материалом, где главной задачей является необходимость усвоения и закрепления основных принципов и методов конструктивно-структурного рисунка. Вам необходимо усвоить в полной мере все задания учебного рисунка, начиная от конструктивной логики построения, далее методически, последовательно вести работу над рисунком до его определенной завершенности с помощью светотени, с учетом передачи характера изображаемой модели, пропорции, перспективы, объемной формы. Без этого невозможно в достаточной мере познать композиционно-художественные закономерности, конструктивно-художественную логику построения частей, деталей и всего архитектурного единства.

Рисование элементов архитектуры и их деталей позволяет студентам постепенно, по мере приобретения определенных знаний и навыков, перейти к изображению с натуры малых архитектурных форм, отдельных фрагментов и сооружений и целых архитектурных комплексов, в том числе интерьеров, экстерьеров и архитектурной среды. В связи с этим необходимо перейти к рассмотрению форм элементов архитектуры, а именно капителей и гипсовых орнаментов.

Рисование орнамента.

В учебном задании по рисованию орнаментов широко используются различные элементы архитектурной орнаментики, которые встречаются на капителях, карнизах, фризах, антамблементах, базах. Орнаменты предназначены для украшения архитектурных сооружений, прикладного искусства, предметов быта. В наши дни орнаменты предназначены, как правило, для декора в прикладном искусстве: на предметах быта, мебели, в оружейном искусстве, иногда для реставрационных работ по восстановлению памятников архитектуры. Основу орнамента составляет прямая плоская или кривая объемная плита, на которую наносится рисунок орнамента из геометрических фигур или из элементов растительного мира. Орнаменты, как правило, состоят из одних и тех же ритмически повторяющихся элементов, которые могут напоминать зубчики, бусинки, листья, цветы или другие предметы. Иначе говоря, орнамент представляет собой систему из отдельных элементов, связанных между собой в определенном порядке. Все элементы орнамента, формы листьев и цветов так или иначе подвержены стилизации, благодаря чему четко просматривается его структура. Наряду с простыми используются ритмически сложные орнаменты, в которых прослеживаются волнообразные движения со спиральными завитками. Такие орнаменты часто встречаются на капителях, антамблементах, базах и гипсовых розетках.

Рисование орнамента

Рисование с натуры орнаментов не только дает возможность ознакомиться с разнообразием их форм, но и ставит перед вами все более сложные задачи, требующие дальнейшего совершенствования навыков в рисунке.

Благодаря стилизации, четкой структуре и рельефности форм листьев и цветов орнамента гипсовые розетки капители и различные детали архитектурных обломов представляют собой хорошую учебную модель для изучения и рисования с натуры.

Для начальных упражнений необходимо воспроизвести наиболее простые и ясные орнаменты. Это позволяет легче понять их строение. Вам следует помнить, что любой орнамент в гипсовой розетке или его размещение на каком-либо предмете (мебель, посуда, оружие) определяет его общую композицию, размер и взаимосвязь элементов. Поэтому, прежде чем перейти к изображению розетки, нужно ее изучить со всех сторон, анализируя высоту рельефа на отдельных участках. Особое внимание необходимо обратить на освещенность орнамента. Поверхность должна быть освещена таким образом, чтобы была наиболее отчетливо выявлена основная структура.

При выборе места рисования (точки зрения) для длительного рисунка не обязательно начинать с фронтального положения, как обычно принято. Достаточно предварительно сделать линейно-конструктивную зарисовку с натуры в таком положении, чтобы разобраться в основных членениях и узловых точках изображения или в процессе построения время от времени изучать натурную модель с фронтального положения. Здесь нельзя дать однозначной рекомендации, так как все будет зависеть от меры способности самого рисовальщика. Лучше всего садиться в трехчетвертном положении справа или слева, чуть ближе к фронтальному, в зависимости от характера орнамента и его освещенности. Такой выбор места позволяет выразительнее передать форму в целом.

Рисование орнамента требует точной прорисовки осей симметрии, которые являются важнейшей частью построения, так как в основе любого орнамента или групп его элементов лежат осевые симметрии. Это легко проследить на примерах простого орнамента, где одни и те же элементы располагаются относительно оси симметрично на равном удалении, т. е. повторяются.

Рисование капители.

Наиболее ценными учебными моделями для рисования являются детали архитектуры – классические ордера. «Ордером» называют архитектурный элемент стоечно-балочной системы, приведенный в определенный конструктивно-художественный порядок. В буквальном переводе этот термин означает «порядок».

Ордерные системы, возникшие в античные времена и получившие широкое развитие во всей мировой архитектурной практике, по сей день обращают на себя пристальное внимание современников. Благодаря своей соразмерности, художественно-конструктивному совершенству, богатству и разнообразию архитектурных форм, классические ордера являются лучшими моделями для изучения и рисования, которые позволяют изучать логику конструктивно-художественной сущности этих форм и совершенствовать изобразительные навыки.

Рисование капители

В ордерной системе существенную деталь составляет стойка – колонна. Между колонной и конструкцией балки находится основная головная часть – капитель. Под колонной, в ее нижнем основании, находится плита, называемая базой, выполняющая функцию распределения основной нагрузки на его поверхность. С изобразительной точки времени наибольший интерес вызывают верхняя и нижняя детали колонны – капитель и база. Композиция капители классических ордеров по своей стилистике и форме довольно разнообразны – от самой простой и гладкой до сложной декорированной, с различными орнаментами растительного и животного происхождения.

Для успешного выполнения учебного задания по рисованию архитектурных деталей потребуется грамотное владение предыдущим учебным материалом по перспективному построению простых геометрических фигур – квадрата и окружностей.

Изучать и рисовать архитектурные детали необходимо от простых форм, постепенно переходя к сложным.

Читать далее Рисование экстерьера

 

Темы: Рисунок | Ваш отзыв »

Отзывы

nnosova.ru

Мастер класс: Рисование архитектуры

Изображение различных интерьеров с натуры — интереснейшая область рисования. Рисунки интерьеров — от набросков до законченных,— накапливаясь, создают рабочий материал, который может во многих случаях понадобиться художнику в его творческой работе.

Имеет ли интерьерный рисунок свои специфические черты, свои особенности и требует ли специальных знаний и опыта? Безусловно.

    Во-первых, интерьер всегда включает пространственные планы. Цель, поставленная художником, предопределяет выбор места, с которого он будет рисовать интерьер, композиционный характер рисунка и соответствующий формат бумаги. Необходимость пока­зать внутреннее архитектурное пространство обязывает рисующего найти такую точку схода и горизонт, чтобы архитектура была удобочитаема и в правильном соотношении пропорций окон, стен, карнизов, дверей, арматуры, мебели и т. д.

    Во-вторых, интерьер имеет различные источники освещения — окна, торшеры, лю­стры, бра. Иногда в интерьере одновременно «работают» несколько световых точек. Все Это вносит в архитектурную среду оригинальную световую характеристику и требует зна­ния приемов изображения прямого, рассеянного или отраженного света. Каков бы ни был источник света, важно следить за воздушной перспективой, которая дополняет линейную.

    В-третьих, предметы, составляющие интерьер, различны по окраске (от белого до черного) и фактуре (дерево, мрамор, ткани, металл). Надо умело передавать такие ма­териалы.

Когда надо изобразить только перспективный вид зала, коридора или комнаты, можно ограничиться простым свободным контуром. Но дело становится сложнее, если требуется показать материал драпировок или паркетную кладку: здесь приходится так вести рису­нок, чтобы учитывать последующие стадии работы. Например, отражение на полирован­ном мраморе или паркетном полу, натертом до блеска, можно слегка протереть резинкой. Так же как узор на декоративной ткани, так и мрамор с прожилками и естественными за­теками сначала прорисовывают в бело-серой тональности, потом прокладывают общим то­ном по всей поверхности, в меру усиливая тоновое напряжение в тенях (а в драпиров­ках — в складках). Для интерьерных рисунков хорошо можно использовать тонированную бумагу с расчетом в последней стадии работы белым карандашом или мелком сделать удары в световых точках и их отражении на блестящей поверхности какого-либо пред­мета.

    Приемов изображения интерьеров, как и наружной архитектуры, включая ансамбли, много. Укажем на несколько типичных примеров. Но прежде оговоримся: примеры будем приводить по рисункам, исполненным карандашом, углем, сангиной, и не затронем тех­нику живописных акварельных отмывок, где приемы несколько иные, а иногда совер­шенно противоположные рисуночным. Конечно, иногда выгодно по рисунку проложить общий тон легкой акварелью, чтобы обобщить различные планы.

    При изображении пространства в рисунке можно применять два горизонта, когда мы хотим, например, фронтальную стену показать величественней. Для широкого охвата пространства архитектурного ансамбля дозволяется вводить в горизонт две-три точки схода. Это дает возможность избежать стремительного сокращения архитектурных масс к единой точке схода. Этот прием приближает построение рисунка к ортогональному ре­шению, или, верней,— широкофокусному изображению, как в кино.

    Только благодаря освещению мы можем видеть все нас окружающее, воспринимая видимый мир по законам оптики. Но это не значит, что художник, как фотограф, рисует все, что видит, со всеми деталями.

    Подходя к изображению интерьера, художник заранее совершенно сознательно ста­вит себе определенную цель и ограничивает себя известными приемами рисунка. Для беглых, коротких зарисовок интерьера, как правило, пользуются контуром. Этот очень удобный прием позволяет зафиксировать на бумаге архитектурные пропорции и планы, перспективную характеристику, декор, украшающий интерьер, архитектурные детали и арматуру. Все это конечно, будет носить в рисунке отвлеченный характер, потому что контур, как таковой, лишь условно определяет границы предмета, не давая представления о его цвете и фактурных качествах. Весьма ограничены возможности контура в передаче реального объема. Недоступно контуру и многое другое. И тем не менее, такие архитек­торы, как Воронихин и Жолтовский, добивались блестящих результатов в интерьер­ных рисунках, выполненных контуром. Заодно вспомним блестящие контурные рисунки Энгра, который, кстати сказать, линейным приемом достигал впечатления архитектур­но-пространственной среды.

    Часто художники прибегают к очень удобному и хорошо разработанному методу рисования интерьера, когда контурный рисунок протушевывается большими тоновыми планами. Такой рисунок, сохраняя начертательную характеристику архитектуры, прибли­жается к светотеневому. Проложенные теневые места естественно контрастируют с бо­лее светлыми. Тем самым зритель как бы вводится в реальную среду интерьера. Однако легкая тоновая проработка теней еще не затрагивает фактуры материалов; почти, как правило, в таком рисунке освещение условное, построенное по принципу прокладки те­ней под углом 45°.

    Рисунок, сделанный по правилам светотеневой характеристики, может выражать и часто выражает не только условную природу освещения, но дает и несколько иные каче­ства. Здесь мы можем столкнуться с освещением двусторонним, с освещением спорным между основным источником света и дополнительным. Прежде чем делать такой рисунок, конечно, надо подумать, как эффектнее использовать освещение в интерьере, как наибо­лее выразительно выявить световые планы. Будет ли свет проходить через оконные проемы, или это будет свет рассеянный, от скрытого источника, будет ли это игра света от люстр и канделябров — в каждом случае мы будем иметь совершенно новое явление в смысле освещения, которое потребует и качественно новое решение рисунка.

    В архитектурных рисунках — сочинениях Гонзага — мы видим сложную игру света, и в то же время пространство организовано как единое целое. Мы невольно тут же-вспо­минаем Пиранези, который очень эффектно выходил из положения, когда, освещая даль­ние планы в архитектуре, погружал весь передний план в тень. Можно у Пиранези видеть и другой прием, когда передний план (например, аркада, вводящая в какое-то архитек­турное сооружение) очень резко освещается, а второй план архитектуры уходит в полу­тень.

     Молодой художник должен на практике проверить возможности таких композицион­ных приемов и, когда нужно, уметь их применять в своей работе.

    В нашем пособии помещено несколько рисунков будущих архитекторов, которые в чисто учебном плане делали архитектурные зарисовки с натуры. Рисунок, изображающий выход из метро (рис. 83), дает конкретное представление о характере архитектуры, о материалах, из которых построено сооружение. Здесь четко показан источник света, дающий отражение на арке и полу. Мастерски техническими приемами передана леп­нина, вписанная в архитектуру, обобщенно выявлена игра света на орнаментике. Перели­вается и блестит полированный мраморный пол, отделанные бронзой двери. Словом, ху­дожник сумел передать характер интерьера убедительно, в его материальной значимости.

    Введение в интерьер человека (рис. 84) мы считаем также удачным хотя бы по­тому, что люди, изображенные в интерьере, дают ясное представление о масштабах ар­хитектуры, о высоте, размерах всего сооружения. С введением человека в архитектуру мы лучше ощущаем характеристику архитектуры, ее особенности. По типам изображен-иных людей мы узнаем исторический отрезок времени, назначение архитектурного со­оружения. Сравните этот рисунок с изображением той же станции метро (рис. 85), но без людей. Глядя на другой рисунок, который изображает уголок комнаты (рис. 86), мы ви­дим уже иные приемы. Свободным, широким штрихом автор передает своеобразие обста­новки комнаты, насыщает ее предметами обихода. Нам кажется, что художник справился с задачей показать стилевую характеристику бытового интерьера.     Рассматривая проекты декора, сделанные Камероном, мы можем ясно увидеть не только отвлеченную, сухую перспективу дворцового интерьера, но мы свободно читаем по рисунку, что представляет собой отделка стен, арматура, портьеры, ковры, мебель и т. д. Мы особо останавливаем ваше внимание на архитектурных сочинениях Камерона, потому что это пример того, как должно уметь делать творческие рисунки, имеющие непосредственное отношение к архитектурным сооружениям.     Кстати, стоит еще раз вернуться к рисункам Пиранези, потому что у нас есть все основания рассматривать их как сочинения архитектора. Если, скажем, интерьеры учени­ков, сделанные в московском метро, являются просто архитектурными зарисовками с на­туры, то рисунки Пиранези можно назвать проектами будущих архитектурных сооруже­ний. В сущности, Пиранези выступает в этих рисунках и как художник, и как архи­тектор, и как великолепный рисовальщик (см. рис. 178, 179 в главе «Рисунок и ком­позиция»),     Чем лучше художник владеет карандашом и различными графическими приемами, тем легче ему будет создать свои композиционные сочинения.     Выходя на просторы улиц и площадей города, всматривайтесь в стилевые признаки зданий, в особенности той или иной архитектуры, в ансамбли. Замечайте, как архитек­тура смотрится на фоне парка, как выглядят группы людей на фоне архитектурного пей­зажа, какие приемы строители применили в ансамблях, учитывая рельеф местности и воз­можности обозрения при подходе к ним с различных сторон. Рисовать надо в разное время дня, в разную погоду — тогда вы увидите одну и ту же архитектуру и в резком солнечном освещении сбоку, и силуэт здания против света, когда все детали пропадут и обобщатся в силуэте, увидите тоновую разницу светлых зданий на темном фоне парков.     Рисование архитектуры увлекательное и крайне полезное занятие. Наблюдая и изу­чая архитектуру, вы сумеете не просто делать зарисовки-памятки, а и размышлять с ка­рандашом в руке. Такие рисунки незаменимы для накопления опыта, они со временем пригодятся для творческой работы художника.     Рисование городского пейзажа требует не только хороших знаний перспективы и тех­нических приемов, но большого вкуса и умения отобразить существенное, скомпоновать видимое, т. е. выбрать наиболее выгодную точку зрения на изображаемую часть пейзажа. По вашим рисункам зритель увидит и поймет, что больше интересует художника:величественный архитектурный ансамбль или дворик, современная архитектура или уходящие в прошлое особнячки.     В рисунках городских ансамблей еще смелей и шире, чем в рисовании интерьеров, надо решать пространство. Здесь воздушная перспектива предстает в полном значении. Мы приводим в пособии ряд типичных рисунков разных художников. Подобных ри­сунков можно привести бесконечно много, поэтому мы рекомендуем молодым художни­кам посмотреть эстампы и увражи, принадлежащие многим поколениям рисовальщиков архитектуры, пытливо всмотреться в их мастерство, чтобы понять их творческие индиви­дуальности.

    Прежде чем приступить к разбору рисунков, приложенных к настоящей главе, пого­ворим о правилах рисования архитектуры на воздухе. Каковы же эти правила?

    Как и в рисунках с живой модели в сложном пространстве или в интерьерных рисун­ках, так и здесь надо строить изображение на законных основаниях, т. е. по правилам перспективы, согласно которым определяется взаимосвязь пространственных планов с го­ризонтом и точкой схода и положение всех предметов в пространстве. Первоначально рисуйте в контурных штриховых приемах, помня, что абрис предметов есть самый по­стоянный, устойчивый фактор изображаемого. По ходу солнца освещение будет все время перемещаться: в процессе работы предмет может освещаться солнцем под определенным углом; оказавшись против солнца, предмет начинает смотреться силуэтом. Солнце, скры­тое в облаках, по-иному освещает предметы, иными станут и тоновые отношения.     Учитывайте возможные изменения в освещении. Прорабатывайте прежде всего боль­шие планы, подчиняйте и соотносите к ним менее крупные формы и детали. Вырабаты­вайте свои приемы и навыки.     Контурная прорисовка особенно важна там, где в поле зрения попадаются Двигаю­щиеся предметы, необходимые для композиции, например автомобиль. Советуем подоб­ные вещи рисовать сразу, затем по контуру тушевать. Рекомендуется в рисунках интерьеров и экстерьеров разнообразить формат бумаги в приучать себя рисовать архитектуру в разном масштабе, избегая, однако, слишком боль­ших размеров бумаги.     И еще одно пожелание: первые городские пейзажи рисовать в несолнечный день, когда освещение более устойчиво и ландшафт с архитектурой по своим световым отно­шениям мало меняется. Но если по ряду причин приходится работать в условиях скоро проходящих световых эффектов, соразмеряйте процесс рисования так, чтобы в короткий момент схватить главное, а остальное доработать по памяти, возможно, с последующей проверкой на натуре. Вот почему рисование по памяти крайне необходимо рисовальщику, а тренировка в этом направлении даст свои благотворные результаты.     Перед нами пейзажный набросок Рембрандта (рис. 87), характерный широким охва­том холмистой местности, сделанный в контрастных тонах. Выразительно и просто пе­реданы уходящие планы земли и деревья. Вдали высится замок, в лаконичном изображе­нии которого достоверно передан архитектурный стиль, и, что особенно важно в данном случае,— замок вписан в ландшафт. Формат бумаги соответствует главным горизонталь­ным планам рельефа местности. Изображение замка дано не по середине листа, а левее, что позволило художнику развернуто показать пейзаж и планы земли. Рисунок набро-сочный, но дает полное представление о характере местности.

    Рисуя башню на пригорке (рис. 88), Каналетто взял низкий горизонт, и этот вы­бор точки зрения предопределил величественный вид башни, устремленность вверх ее массива. Архитектура, как и пейзаж, прорисована легким контуром. Крупными планами нанесена заливка на теневые стороны пейзажа. От рисунка остается впечатление легко­сти, воздушности.

Иной прием мы видим у Гварди (рис. 89). Жирный контур, контрастный к свету, ложится по теневым сторонам предметов и фигур и по сути дела переходит в тоновые планы.  


    Обрывочные, энергичные удары кисти лепят теневые стороны фигур. Освещен­ные стороны этих фигур мастер вовсе не трогает — они выразительно появляются после того, как он зальет легким тоном вторые планы фона. Если Каналетто по всему листу проходит заливкой одной силы, то Гварди сочетает легкие заливки вторых планов с жир­ным контуром, которым он буквально лепит первопланные фигуры, внося мажорное зву­чание во все изображение.

Рисунки английского художника Русбири для нас интересны документальностью, точностью пропорций, простотой изобразительных средств. Именно за эти качества мы и помещаем рисунки Русбири в нашем пособии (рис. 90, 91).


    Рисунок ученика, изображающий здание больницы на Б. Калужской улице в Москве (рис. 92), хорошо передает общий характер архитектуры. Тактично проработаны де­тали при сохранении больших планов. Верно построен по перспективе, но однообразие тона, сухость тушевки снижают в общем благоприятное впечатление. Рисунок этот ти­пичен для начинающего рисовальщика.

    В иной манере сделан рисунок «Здание Академии наук СССР» (рис. 93). Автор умело владеет живой линией, утолщенной на предметах переднего плана, и благодаря разнице в толщине контура передает глубину пространства. Хорошо найдены строгие линии архитектуры по контрасту с ломаными, рваными контурами деревьев и первопланной землей. Простыми средствами здесь достигнута убедительность архитектурного пейзажа.

    Рисунок «Площадь Революции», также исполненный учеником (рис. 94), обогащает наше представление о разнообразии возможностей карандашной техники. Характер архитектуры и всей площади в дождливый день дается мягкими растушевками различной силы, легкостью дальних планов, хорошо «увязанных» с просветами неба, отраженного в мокрой мостовой. Расплывчатость планов «скреплена» ажуром проводов и энергичными силуэтами людей. Этот рисунок — хороший пример пленерного изображения городского ансамбля.

    Нашу беседу о рисовании архитектуры сопровождают городские пейзажи Рембрандта, М. Воробьева, Гварди, Каналетто, Русбири. Рядом с ними мы помещаем для сравнения рисунки, выполненные учениками — будущими архитекторами.


russartschool.blogspot.com

Рисунок архитектора - Блокнот свободного архитектора

       Рисунок архитектора – это особая графика.
       Рисунок архитектора, то есть рисунок с натуры архитектурного памятника или пейзажа, выполненный архитектором, имеет существенное отличие от рисунка художника или любого рисовальщика. И главное обычно состоит в том, что рисуя здание, архитектор творчески познает конструктивную природу сооружения. А подход художника часто заключается в эмоциональной переработке увиденного с целью создания самобытного художественного произведения. И в этом произведении – картине, рисунке, гравюре и т.д. – предстает уже не памятник архитектуры, а художественное «видение» этого памятника.
       Существует также  понятие «архитектурного рисунка», то есть рисунка от руки, который делается в процессе разработки проекта, которое не нужно смешивать с понятием «рисунок архитектора». В последние годы, когда компьютерное проектирование занимает все большее место в проектной работе, «архитектурный рисунок» почти полностью исчезает с рабочих столов современного проектировщика. К сожалению, это факт.
       Да и рисунок архитектора постепенно становится раритетом уже в силу своей полной «ненужности» в современной проектной работе. А ведь десятки и сотни лет архитекторы ездили по миру с мольбертом и карандашом в руках. Ездили - что бы увидеть и зарисовать архитектуру. Моим ровесникам была привычна ситуация, когда приезжая из отпуска архитектор показывал на работе свои рисунки. Или даже устраивал небольшую выставку своих работ. Это было так естественно, и так понятно. Думаю, что в сегодняшних «проектных фирмах» такое  можно увидеть не часто.
         Бывая изредка в Доме архитектора, я с удовольствие смотрю работы на выставках. Вот там можно увидеть именно настоящий, классический рисунок архитектора. Но чаще всего это работы представителей старшего (или даже старейшего) поколения. Более молодые обычно презентуют что-то вроде архитектурных фантазий или графические полотна, большие и яркие, но очень далекие от архитектуры. То есть картины, которые с еще большим успехом мог бы выполнить и показать художник, и которые очень далеки от рисунка архитектора.
       Я окончил учебу в Московском Архитектурном институте в 1968 году. Ни в коей мере не претендуя на звание художника или рисовальщика, я хочу показать несколько своих рисунков. Они выполнены в разное время и в разных точках планеты, и тоже характерны определенной познавательной проработкой архитектурного и конструктивного характера здания или ансамбля сооружений. Именно это, ни с чем несравнимое удовольствие от процесса рисования и познавания, и является главным в такой работе и запоминается навсегда.

1.  На Малой Алексеевской улице (в 80е гг.- Малая Коммунистическая, теперь ул. Станиславского)

Прогулка от «Таганки» до церкви Сергия в Рогожской слободе была в те годы своего рода музейной, ведь путь пролегал по Таганским переулкам, наполненной двухэтажными особняками первой половины XIX века.
И в конце этого пути, ближе к площади, поджидали очаровательные виды старой Москвы. В начале 80-х годов, ранней весной, я сделал рисунок с этого места: Слева одно- и двухэтажные дома старой Москвы, недавно уничтоженные. Вдали сама церковь, в том виде, в котором она сохранялась долгие десятилетия. Приблизительно так это место выглядит сегодня - https://old.maps.yandex.ru/-/CVgOeUJk . А справа в глубине двора скрывается особняк купца Алексеева, где родился будущий театрал, так любивший повторять фразу «не верю!».

2. Вид Смоленска


3. В Смоленске.  Архитектурный комплекс Соборного двора
Своеобразие Смоленска поражает уже с первых минут знакомства с городом. Прогулки по городу – это непрерывная цепочка впечатлений, переплетение архитектуры всех веков, от XII в. до конструктивизма. Расположенный на самой высокой точке города Успенский собор не только доминирует над всей окружающей застройкой, но и виден с дальних, иногда совершенно неожиданных мест. И конечно, приближаясь к нему, начинаешь понимать, что собор и его окружение так же наполнены самыми неожиданными видами. Это целый архитектурный комплекс. Пройдя по всем направлениям вокруг Успенского собора, вдоль и поперек, я выбрал вот эту простую точку. Здесь все сооружения видны фрагментарно, непосвященный зритель даже может сделать вывод, что точка непарадная и случайная. Но именно отсюда открылись все детали планировки Соборного двора. Слева видна арка въезда на территорию с улицы, пандус там весьма крутой. На первом плане Богоявленский собор, под которым и расположен этот пандус. А самый главный  собор – на втором плане, но с данной точки прекрасно видны его круглые окна, может быть своего рода визитная карточка этого памятника архитектуры.
Первый раз в жизни я так детально рассказываю о своем рисунке……

4. В столице Лаоса, городе Вьентьяне. Колониальная архитектура


За многие годы проектной работы мне несколько раз приходилось заниматься объектами, расположенными в Юго-Восточной Азии - во Вьетнаме и в Лаосе. И, соответственно, бывать там в служебных командировках. Простой альбом, карандаш и фломастер, вот и весь набор художественных средств, который был в моих руках. А от бывшего Французского Индокитая и во Вьетнаме и в Лаосе сохранились весьма колоритные колониальные здания. Окруженные пальмами и местной архитектурой, прокаленные жарким солнцем, - все это для русского человека было в новизну. Напомню, что это были 1980-е годы, и в такие дальние дали наш соотечественник попадал нечасто.

5. Город-остров  Несебр в Болгарии


В 1973 году наша группа выиграла конкурс на проект Университета в Болгарии. Проектные материалы давно канули в лету, но воспоминания о поездке в страну остались. В основном в виде открыток, цветных слайдов и нескольких рисунков. Миниатюрный городок под названием Несебр на острове, куда теперь тянется дамба и шоссе, когда-то был настоящим островом. Двухэтажные дома и восстановленные старые и новые смотрелись единым комплексом и сами просились на лист ватмана. Многочисленные туристы из западных стран – немцы, чехи, французы и др., отвлекаясь от своих экскурсоводов, старались пройти за моей спиной, и с некоторой завистью заглядывали на мой рисунок. Да, их можно понять – сфотографировать на пленку или даже на мгновенный «полароид» мог тогда каждый из них, была бы техника в руках. А вот нарисовать, - это не всем дано!

       Вот такая ода в честь весьма небольшой группы любителей архитектуры и любителей рисования. Помню, как в Архитектурном институте один из преподавателей, заметив у студента фотоаппарат, стал его распекать за поиск легких путей в познании архитектуры. Деталей уже не помню, но общий вывод был такой – когда рисуешь архитектуру, ты ее познаешь. Если ты щелкнул кнопкой фотоаппарата – ты просто зафиксировал что-то там такое, и при этом не узнал ничего. Суровый вердикт, но в чем-то справедливый!

archistorik.livejournal.com

Сергей Чобан. «Архитектурные рисунки» :: Статьи

Эта книга — классический альбом по искусству, на каждом развороте которого главенствующую роль занимают именно изображения. Сверстанные либо на всю страницу, либо с небольшим запасом «воздуха» на полях, рисунки сопровождены лишь лаконичными подписями с названиями, годом создания и указанием техники, в которой выполнены. Весь массив рисунков, выполненных Сергеем Чобаном в период с 1994 по 2014 годы, разделен на три тематических раздела: «Эскизы, дневники, зарисовки с натуры», «Вода и город», «Образы и фантазии».

Выходные данные: Sergei Tchoban. Architectural Drawings. Italy, Skira, 2015. ISBN: 978-88-572-2542-5. Приобрести книгу можно в нашем онлайн-магазине. Все средства, полученные от продажи книги, пойдут на развитие Музея архитектурного рисунка в Берлине.

Ниже приводим отрывок интервью с Сергеем Чобаном, взятого Лукой Молинари специально для книги «Sergei Tchoban. Architecture Drawings».

За последние двадцать лет вы создали сотни рисунков и эскизов. Что этот вид искусства значит для вас? Когда вы осознали рисование как неотъемлемую часть своего творчества?

Я начал рисовать еще в младших классах школы, активно практиковал рисунок во время учебы в институте. Для меня архитектурный рисунок — это полноценный и самостоятельный вид искусства, позволяющий мне максимально точно выразить мое ощущение пространства, детали, поверхности, то есть всего того, что составляет суть архитектуры.

Я знаю, что работу над каждым проектом вы начинаете с эскизов. Какую роль рисунок играет для вас в процессе создания архитектурных концепций?

В своих рисунках я исследую драматургию взаимоотношений архитектурных объектов с пространством и друг с другом. Один из самых важных вопросов для меня заключается в том, какую роль современная архитектура играет в структуре исторического города, как старое и новое сосуществуют друг с другом и чем именно классическая архитектура так привлекает каждого из нас. И я не просто зарисовываю постройки прошлого, но всегда размышляю на тему, что современные архитекторы могут добавить к этой гармонии. Как сегодня, не копируя архитектурные приемы прошлого, создавать в городах мизансцены, которые по своей насыщенности и визуальной интриге были бы достойны лучших исторических образцов.

Вы часто рисуете Италию, чем невольно напоминаете мне о русских художниках предыдущих столетий, которые приезжали в города Италии за вдохновением. Вы сами считаете себя преемником этой традиции? И что дает вам Италия сегодня?

Мне кажется, не только русские, но все европейские художники и архитекторы всегда ездили, ездят и будут ездить в Италию за вдохновением, за идеальной натурой для рисунков и за ответами на вечные вопросы о том, что такое гармония и красота. Потрясающие детали из камня, их структура, рельеф, глубина фасадов, игра света на разных поверхностях — материальность итальянской архитектуры, ее качество с точки зрения проработки деталей никого не оставляют равнодушным. Лично я черпаю в этой архитектуре огромное вдохновение — и как рисовальщик, и как архитектор.

Вы тратите много времени и сил на пропаганду искусства архитектурного рисунка, собирая коллекцию графики мастеров прошлого и руководя работой Музея архитектурного рисунка. Почему сохранение искусства «ручного» рисования кажется вам столь важным сегодня? Какова, на ваш взгляд, роль рисунка в профессии современного архитектора?

Рисунок всегда будет важным языком архитектора, несмотря на то, какую роль в его работе сегодня играет компьютер. Именно рисунок лучше всего помогает раскрыть замысел проекта. Возможно, эскизы не так информативны, как визуализации, но они очаровывают своей рукотворностью и более наглядно представляют процесс создания того или иного объекта. О том, что рисунок востребован, мы можем судить и по постоянно растущему числу посетителей Музея архитектурного рисунка в Берлине.

Как Вы выбираете натуру для своих рисунков?

Признаться, я редко подхожу к решению этого вопроса рационально — просто запоминаю места, которые показались мне особенно выразительными, и при возможности возвращаюсь туда с карандашом и листом бумаги.

Особое место среди ваших рисунков занимают фантазии, а также цикл, посвященный архитектуре на воде, в которых реальность и ее многочисленные отражения создают собственный новый мир. Чем для вас является жанр фантазии? К каким выводам помогает придти?

Я бы сказал, это квинтэссенция моих размышлений о современной архитектуре, выраженная не словами, а языком рисунка. Основным предметом моего исследования является многообразие градостроительных слоев современного города, то, как они смешиваются друг с другом, создавая новую — контрастную — гармонию. Пространства и объемы, высокая плотность застройки и спонтанно возникающие пустоты, сочетание старых и новых материалов, детально проработанных и абсолютно гладких поверхностей — все это слагаемые архитектуры, и мне нравится исследовать их сочетания, пытаясь понять характер мегаполиса XXI века и основной вектор его развития.

Заказать онлайн в книжной лавке arch:speech

archspeech.com

Уроки архитектурного рисунка для студентов

Недавно начал работу новый канал на Youtube с уроками архитектурного рисунка — TheModmin.

Многие слышали историю о эскизе, сделанном на салфетке, который стал началом будущего шедевра. Не смотря на практически полный перенос проектирования на компьютер, по прежнему нет лучшего способа быстро выразить свою идею, чем старый добрый эскиз рукой на «материальном» носителе.

Sections For Architectural Sketches — Architecture Daily Sketches.

Авторы нового канала готовят и выкладывают бесплатные учебники в сериале «Architecture Daily Sketches» не только о том, как научиться делать быстрые зарисовки, но и том, как получить максимальную отдачу от ваших эскизов.

    •          

Human Figures For Architectural Sketches — Architecture Daily Sketches.

Axonometric diagrams — Architecture Daily Sketches.

1,2and3-Point Perspective For Architectural Sketches — Architecture Daily Sketches.

Канал на Youtube: TheModmin
Страница на Facebook: ArchDailySketches

www.magazindomov.ru

Рисунок – это способ мыслить и рассуждать с карандашом в руках

Профессор Московского архитектурного института Олег Максимов рассказал о том, что наиболее ценно в натурном рисунке и в архитектурной фантазии, чем отличается рисунок архитектора от рисунка художника или скульптора, как сочетаются разные аспекты творчества в работе зодчего.

Московский архитектурный институт является одним из главных ВУЗов страны, выпускающих архитекторов. Здесь продолжают традиции отечественной архитектурной школы, уделяя большое внимание рукотворному рисунку. Мы поговорили с профессором МАРХИ Олегом Максимовым о том, какую роль играет умение рисовать в работе архитектора.

Олег Григорьевич Максимов – архитектор, художник, педагог, профессор, доктор архитектуры. Почетный работник высшего образования, Член Союза архитекторов России. Член диссертационного совета МАРХИ, автор нескольких книг об архитектуре и архитектурном образовании, в том числе - «Рисунок в профессии архитектора».

В своей книге Вы приводите высказывание Дидро «не доверяйте архитектору, не умеющему рисовать». Актуально ли это в наше время, когда очень развиты компьютерные технологии и многое можно сделать с помощью техники?

Приводя расхожее высказывание Дени Дидро о недоверии архитектору, не умеющему рисовать, сразу вспоминаю высказывание Ильи Голосова – «Не умеющий рисовать никогда не сумеет компоновать». А «компоновка», комбинаторика геометрических и пластических форм является определяющим моментом архитектурного творчества, важнейшим процессом становления архитектурного образа. Именно с этой точки зрения и необходимо изобразительное мастерство и культура архитектурного рисунка.

Возможности компьютерных технологий поистине удивительны, но творческий замысел не рождается ни цифровой техникой, ни машинной графикой, ни какими-либо «интеллектуальными» терминалами. Художественно-графические навыки зодчего в наше время не теряют своего значения, а наоборот, приобретают особую ценность и звучание. Архитектура с древнейших времен определялась как «мать искусств», и тогда, что это за архитектор, не умеющий рисовать. Ведь рисунок - это «высшая совесть искусства» (Энгр).

Утверждение о том, что рисунок не теряет своего значения в архитектурном творчестве, основано на осознании вечной необходимости рукотворных изображений и, соответственно, мышления и рассуждения с карандашом в руках. Даже при быстром развитии технических средств основы и принципы архитектурного проектирования достаточно стабильны. Программы компьютерных технологий могут меняться, а рукотворное изображение вечно, как теорема Пифагора или закон суммы углов треугольника.
Естественно, здесь речь идет об «архитектурном рисунке», выполняемом по представлению в процессе зарождения, развития, становления и кристаллизации архитектурной формы и носящим в себе, в соответствии с этим, профессиональные особенности. Не надо его путать с «рисунком архитектуры», как правило, выполняемом с натуры.

Рисунок с натуры. Что в нем для Вас наиболее важно? Чем отличается натурный рисунок архитектора от рисунка художника или скульптора?

То, что было сказано об архитектурном рисунке (рисунке по представлению), невозможно реализовать без серьезной и регулярной работы с натуры, при которой постигается многообразие форм материального мира, без попытки глубокого изучения этих форм, желания вникнуть в суть предметов и явлений, их взаимосвязей.

В этом аспекте можно различить два основных процесса – «скорая запись» элементов действительности с целью ее изучения, осмысления восприятия, проникновения в конструктивную сущность вещей, объектов, естественной среды, или создание графического произведения искусства.

Зарисовки из путевого альбома. Перо, чернила, бумага. 20х30 см.

Такие зарисовки скромны по выбору изобразительных средств, часто очень условны. Здесь нет цели создания произведения искусства, а поставлена задача изучения увиденного. Как правило, это линейное изображение, строгое, непрезентабельное, но не исключающее эстетических достоинств.

Алжирская Сахара. Города Гардайя и Эль-Уэд. Тушь, перо, бумага.  30х40 см.

В отличие от этого подхода, в работах художника-живописца всегда присутствует увлечение светотеневыми моментами, связь с воздушной средой, прорисовка деталей и элементов.  Архитектор если и применяет светотень, то с целью подчеркнуть пластику форм, выявить тектонику сооружения, его конструктивные особенности.

В Бухаре. Перо и спичка, чернила, бумага.  20х30 см.

В Кракове. Перо и спичка, чернила, бумага.  20х30 см.

Что Вас вдохновляет и побуждает к рисованию?

Одновременно с быстрыми зарисовками с натуры малого формата я увлекаюсь и крупноформатными работами, в основном применяя выработанный самостоятельно прием – работа черными чернилами, порою со скромным добавлением цвета акварельными красками. Я считаю акварель живописью – краски, кисти, цвет, нюансы, валеры. Неважно, что это делается на бумаге, на бумаге можно писать и маслом, что часто практиковали наши предшественники. Акварель – не рисунок и графика, а чистая живопись – «Акварельная живопись». Свои же работы, где в основном черные чернила, а не тушь, честно считаю графикой. Почему чернила? Да потому, что они имеют приятный голубоватый оттенок, хорошо расплываются на бумажной основе, образуя изящные поддтеки и не так грубы, как черная тушь. Эти работы выполняются быстро, за один прием, несмотря на большой формат.
Что меня побуждает к рисованию? Просто завораживает сам процесс и ожидание достойного результата. Рисовать начал со школьной скамьи и, в основном, самостоятельно с посещением музеев и штудированием книг. Правда, больше увлекался живописью масляными красками на холсте и картоне, но это другая история. Постоянные учителя появились только с поступлением в МАРХИ.

В Ростовском Кремле. Чернила, акварель, бумага. 70х50.

​В своих многочисленных путешествиях не расстаюсь с карандашом, пером, пастелью и бумагой  (даже в горнолыжных поездках), оставляя в каждом отеле свои работы и раздаривая друзьям и коллегам. Приятно, вернувшись в тот же отель, увидеть их экспонированными на стенах в оформленном виде.

Вы говорите, что «любая архитектурная фантазия только тогда воплощается в реальность, когда, пусть незримо, несет в себе эстетический багаж прошлого». Что Вы имеете в виду? 

После трех сложных и важных вопросов и заумных ответов можно немного расслабиться.
 Мне не импонируют работы по архитектурной фантазии, в которых нет гуманистической составляющей, как бы нет места человеческой личности. Эти многочисленные сложнейшие и роботизированные композиции напоминают мне страницы когда то издаваемого журнала «Техника молодежи» (может ещё издаётся?). Вот там всё это было. Задумки динамики, подвижности, спасение от катастроф, под землёй, под водой и прочее не вызывают восторга, поскольку, как правило, в них отсутствует эстетическое начало – одно из основных требований к архитектуре. Значит, отсутствует архитектура, как таковая. Это фантазии ради самой фантазии. Любая фантазия в изобразительном творчестве, на мой взгляд, интересна, когда  опирается на видимые достижения прошлого и фундамент настоящего. В ней должно иметь место ощущение возможности реализации, как это было  в науке и литературе у Константина Циолковского, или Станислава Лемма. Это всегда присутствует в архитектурно-градостроительных фантазиях Эриха Мендельсона, Якова Чернихова, Ионы Фридмана, Поля Меймона и Паоло Солерри, который однажды посетил мою экспозицию. Из прошлого это есть у Джованни Батиста Пиранези, Пьетро Готтардо Гонзага и Тома де Томона.
У меня есть серия работ, близкая к теме архитектурной фантазии, но она связана или с нереализованными знаковыми проектами прошлого, или романтикой переосмысления увиденного.

Нереализованные шедевры авангардной архитектуры. Картон, чернила.  50х50.

Высокогорная готика. Цветная бумага, уголь,  пастель.  70х50.

Воспоминания о Кракове. Цветная бумага, уголь, пастель.  70х50.

Рисунки к проектам – особая область работы архитектора. Что в них Вы считаете наиболее важным? Расскажите, пожалуйста, о своих проектных рисунках.

Рисунки к проектам – это и есть рисунки по представлению, воображению, созданию новых образов на основе прошлых восприятий. В данном процессе используется весь арсенал наблюдений и знаний действительности, фантазии и искусства рисовальщика. Именно в этом процессе архитектурный рисунок предстает как фактор формообразования на всех его этапах от первоначального замысла до конкретного воплощения. Это есть «кухня» архитектора, где рисунок, изображая форму, несет в себе возможность её видоизменять, подсказывать её развитие.  Интересно наблюдать по сохранившимся проектным рисункам мастеров весь путь зарождения, развития, становления и кристаллизации архитектурного образа вплоть до его воплощения. Это можно проследить по эскизам К.С. Мельникова, Эриха Мендельсона, Йорна Утсона и других. Сейчас этот путь поиска почти утрачен. Мы можем наблюдать только первоначальные эскизы видных мастеров – сэра Нормана Фостера, Захи Хадид, Френка Гери, поскольку дальнейший путь разработки теряется в системе проектного офиса.

В некоторой степени этот процесс поиска методом архитектурного рисунка с чертежом можно проследить по конкурсному проекту планировки и застройки южного района Вены на 100 тыс. жителей, выполненного группой архитекторов под моим руководством.

Конкурсный проект планировки и застройки южного района Вены.

Конкурсный проект планировки и застройки южного района Вены.

Конкурсный проект планировки и застройки южного района Вены.Конкурсный проект планировки и застройки южного района Вены.

Вы говорите о том, что «большинство архитекторов имеют как бы два аспекта творческой личности – в каждом живет художник и архитектор. При этом обе линии могут развиваться параллельно, иногда мало друг с другом соприкасаясь». Как это происходит в Вашем творчестве?

Моим кумиром был и остается Ле Корбюзье – градостроитель, архитектор, художник, скульптор, публицист, педагог. Удивительно цельная и гармоничная личность. Он не получил профессионального образования, так же как и Франк Ллойд Райт, и Мис ван дер Роэ. Они приобретали знания и умения непосредственно в мастерских архитекторов.

Олег Максимов и Ле Корбюзье рисунком на белой стене.

Но если в творчестве Ле Корбюзье все составляющие интегрированы в единое целое, то, например, у К.С. Мельникова, как архитектора-практика, изобразительное творчество никак не координируется с его архитектурными идеями и реализациями. Если в архитектуре он признанный новатор и авангардист, то в живописи, что для меня полная загадка, - традиционалист и реалист в полной мере. Очевидно, это результат того, что Мельников сначала окончил живописное отделение Московского Училища живописи, ваяния и зодчества, и архитектурой начал заниматься уже сложившимся художником. Должен заметить, что среди зарубежных специалистов редко наблюдается единовременно два аспекта творческой деятельности – архитектор и художник. Это определяется рациональностью образовательного процесса. Налажен целенаправленный процесс воспитания именно архитектора, художественно-изобразительная деятельность порою идет факультативно. Так, работая в течение нескольких лет в Институте архитектуры и градостроительства города Алжира, где применялась европейская методика образования, я, кроме курса архитектурного проектирования, организовал факультативный курс пластических искусств. В отечественной архитектурной школе, при существовании кафедр рисунка и живописи, явно наблюдается уклон к профессиям чисто художественным, в ущерб заявленной. И как часто студенты-выпускники, владея в должной мере рисунком с натуры, оказываются беспомощными в работе по представлению, памяти и воображению. А это значит, что они не владеют профессиональными навыками.

В моем творчестве, поскольку я работаю в сфере педагогики, наряду с этим основным занятием, рисунок и живопись занимают значительное место, вплоть до того, что и в МАРХИ я организую факультативные курсы «Изобразительное творчество архитектора» в рамках факультета ФПК.

Вода в городе. Санкт-Петербург. бумага, чернила, белила.  50х70 см.

Кого из отечественных или зарубежных архитекторов Вы считаете наиболее интересным в графике, наиболее гармонично сочетающим талант архитектора и художника?

Из зарубежных архитекторов отдаю предпочтение упомянутому выше Ле Корбюзье. Прекрасным рисовальщиком в плане рисунка над проектом были Оскар Нимейер и Алвар Аалто, который утверждал, что живопись и скульптура входят в метод его работы. Подобный метод был присущ также ведущему российскому архитектору Леониду Павлову. Крупные живописные работы, выполненные мощно, ярко и пастозно, сопровождали его объемно-пространственные поиски. Признанными мастерами рисунка были Владимир Щуко и Станислав Ноаковский. В. Щуко прославился своими натурными зарисовками по Италии, а С. Ноаковский импровизациями на темы истории архитектуры - как мелом на аудиторной доске, так и тушью и акварелью на бумаге.

Виртуозность графического языка продемонстрирована в конкурсных работах 1980-х годов представителями «бумажной архитектуры» - А. Бродским, И. Уткиным, М. Беловым, М. Филипповым и др. Они внесли определенный вклад в развитие архитектурной графики и рисунка, высказавшись по-своему и весомо.

Но, каков уровень графического и живописного мастерства московских архитекторов вне конкретных проектных задач? Это можно оценить на предстоящей традиционной выставке «Мир глазами зодчих», которая пройдет с 24 декабря 2015 года до 22 января 2016 года в выставочном зале Москомархитектуры на ул. Брестской.

Город у воды. Ростов Великий. Бумага, чернила, белила.  50х70 см.

Что бы Вы посоветовали молодым архитекторам в связи с рисунком и умением рисовать?            

                                                                                                                                           Плакат из сети Интернет

 

Без комментариев...

 

 

sergey-kuznetsov.com

2014 Г.

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТРОИТЕЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

Кафедра Проектирование зданий и градостроительство

А. П. Рац

АРХИТЕКТУРНЫЙ РИСУНОК И ГРАФИКА

МЕТОДИЧЕСКОЕ ПОСОБИЕ ПО ВЫПОЛНЕНИЮ ПРАКТИЧЕСКИХ ЗАДАНИЙ

Предисловие

Дисциплина «Архитектурный рисунок и графика» в ряду других дисциплин учебной программы направления «Архитектура» является одной из базовых, необходимых для развития профессиональных навыков проектной реализации архитектурно-конструктивных замыслов. Выполняя задания по архитектурному рисунку и графике, студенты учатся более точно видеть и изображать, рисуя с натуры или по представлению, архитектурную форму, решая задачу соединения конструктивной точности с художественной выразительностью изображения. Такой подход позволит специалисту в дальнейшей работе, выражая свои конструктивные идеи в виде графического эскиза, сочетать точность пространственного мышления с требованиями развитого художественного вкуса.

Последовательное выполнение заданий учебной программы с использованием различных графических средств и графических материалов поможет студенту не только овладеть общей изобразительной школой, но и выработать индивидуальную манеру графического выражения своих конструктивных идей, что очень важно для создания информативно и эстетически полноценной графики архитектурного проекта. При этом нужно отметить, что не только на этапе подготовительной работы над проектом, где владение живым рисунком для квалифицированного архитектора и дизайнера просто необходимо, но и в работе над окончательным вариантом, создаваемым с помощью компьютерных технологий, владение искусством рисования, основанного на живом человеческом восприятии, живом переживании впечатлений от наблюдения натуры, поможет достичь более высокого результата.

Цели и задачи разделов дисциплины.

Предлагаемый курс дисциплины состоит из трех разделов:

1) Рисование архитектурных объектов и декоративных архитектурных деталей;

2) Композиция интерьера;

3) Изучение пропорций и характерных движений фигуры человека.

1. Рисование архитектурных объектов и декоративных деталей с освоением приемов и правил практической перспективы.

Задания этого раздела дисциплины являются наиболее важными для практической работы архитектора. На аудиторных занятиях студенты выполняют с натуры длительные рисунки дорической капители и архитектурного макета в перспективе. По представлению выполняется рисунок перспективы архитектурного объекта на основе ортогональных проекций (по плану и фасаду). Это задание преследует цель развить навыки построения перспективного рисунка по представлению, а затем и по воображению. Выполнение таких заданий помогает понять логику конструктивно-художественной сущности форм и совершенствовать изобразительные навыки. Для успешного выполнения заданий требуется грамотное владение предыдущим учебным материалом по перспективному построению.

Выполняя композицию архитектурного пейзажа на пленере, студенты, опираясь на знание законов композиции, правил компоновки на изобразительной плоскости, принципов объемно-конструктивного рисунка и законов линейной и световоздушной перспективы, учатся создавать не только реалистически убедительные, но и содержащие художественную образность, эмоционально окрашенные изображения архитектурной среды. Такой подход не только помогает овладеть техникой и изобразительными средствами рисунка, но и расширяет кругозор, развивает профессиональные навыки будущего специалиста: понимание приемов создания гармоничной и целесообразной архитектурной формы, знание законов архитектурной объемно-пространственной композиции, умение гармонично вписать проектируемое сооружение в окружающее пространство с учетом конкретных условий.

2. Композиция интерьера.

Рисование интерьера с натуры поможет студентам приобрести опыт непосредственного визуального восприятия и перспективного построения внутреннего архитектурного пространства, необходимый для профессионального проектирования. Так же обязательно для архитектора умение изобразить проектируемый интерьер по представлению и воображению. Длительный рисунок интерьера в аудитории выполняется с натуры. Во время самостоятельной работы должны быть выполнены зарисовки интерьеров различного функционального назначения с натуры и по представлению.

studfiles.net

Comments