Смерть нарисованная: Книга: «Нарисованная смерть. Глаза не лгут никогда: Роман» — Джорджио Фалетти. Купить книгу, читать рецензии | Niente di vero tranne gli occhi | ISBN 5-91181-053-0


12.11.1975 Facebook Twitter LinkedIn Google+ Разное


Содержание

Джорджо Фалетти — Нарисованная смерть (Глаза не лгут никогда) читать онлайн

Джорджо Фалетти

Нарисованная смерть

(Глаза не лгут никогда)

Песнь женщины, что мечтала стать моряком

Вмиг, в секунду одну,
Теперь, и только теперь
Хочу разорвать тишину,
Что к мечте запирает дверь.

К шпангоутам, марсам и реям,
К взошедшей над морем луне,
К холодным, извилистым змеям,
Лениво ползущим на дне.

Откройся, заветная дверца.
Как можно мечту забыть?
Ведь сердце, странное сердце
Щемит и зовет уплыть.

Вмиг, в секунду одну
Я сердцем того пойму,
Кто слушал пенье сирен,
Стремился в их томный плен.

Я рвусь туда год за годом,
И эта мечта, поверьте,
Слаще, чем финики с медом,
Крепче, чем северный ветер.

Мне душу сжигает пламень,
В оковах томится плоть,
На сердце тяжелый камень,
И нечем его расколоть.

Коннор Слейв, «Обманы тьмы»

Тьма и ожидание окрашены в один и тот же цвет.

Сидящей в темноте девушке с лихвой хватит того и другого. Она убедится на собственной шкуре, что зрение – фактор не столько физический, сколько ментальный. Внезапно фары проходящей машины высветят слепящий прямоугольник, который пронесется по холлу с затаенным любопытством, будто в поисках некой воображаемой точки, и, найдя выход из темницы четырех стен, вылетит из окна на улицу догонять породившую его машину. За преградой штор и стекол, в желтоватой тьме от тысячи огней и неоновых реклам клубится непостижимое безумие по имени Нью-Йорк, город, который все ненавидят, упорно цепляясь за него с единственной, невысказанной целью: понять, за что же так любят его, и страшась обнаружить, насколько безответна эта любовь. Что тут поделаешь – ведь они просто люди и, как все прочие в мире, не желают признать, что у них есть глаза, чтобы видеть, уши, чтобы слышать, голос, чтобы перекричать другие голоса.

На столике рядом с креслом девушки будет лежать «Беретта 92 СБМ» – пистолет со специально уменьшенной рукояткой под размер женской ладони. Прежде чем положить его на стеклянную столешницу, она решительным жестом вставит обойму, и сухой щелчок затвора раскатится по комнате эхом, напоминающим треск разламываемой кости. Мало-помалу глаза ее привыкнут к темноте, и она сможет ориентироваться в неосвещенном пространстве. Устремив взгляд прямо перед собой, она не столько различит, сколько угадает темный силуэт двери на противоположной стене. Еще со школы она знает, что если долго и пристально смотреть на цветное пятно, то оно застрянет в зрачках и будет стоять перед тобой, даже когда отведешь взгляд.

Девушка почувствует горькую улыбку на своем лице.

Если смешать разные цвета в нужных пропорциях, получится нечто абсолютно серое. Во тьме такого быть не может. Тьма творит лишь тьму. Но дело в данный момент отнюдь не во тьме. Человек, которого она ждет, на миг осветит темное пространство, открыв дверь. Но и это не проблема и не ее решение.

После долгого пути к убийству и не менее долгого бегства от него, в нескончаемом туннеле, изредка освещенном тусклыми огоньками, два человека найдут друг друга и, выйдя на свет, обретут наконец то единственное достояние, которое вернет им и речь, и слух, и зрение, – истину.

Два человека. Один из них – девушка, от страха не прозревающая истины.

Второй, само собой разумеется, тот, кого она ждет.

Он, убийца.

Часть первая

Нью-Йорк

Джерри Хо, абсолютно голый, соскользнул на пол и очутился на коленях посреди огромного белого полотнища, прилепленного к полу скотчем. После небольшой паузы, какую может позволить себе цирковой артист перед исполнением трюка, он окунул обе руки в зажатую между ног жестянку с красной краской и поднял руки кверху, чтобы краска медленно стекала до локтей и подмышек. Было в этом жесте нечто языческое – так художник маскирует бытовой сюжет религиозным содержанием, пытаясь найти новые формы общения с божественным духом. Тем же плавным, полным намеренного мистицизма движением он стал размазывать краску по телу, оставляя незакрашенными лишь области вокруг пениса, рта и глаз. Мало-помалу человеческое тело исчезало, принимая по воле Джерри вид разверстой, кроваво-красной раны, источавшей соки, несовместные с человеческим естеством.

Он поднял глаза на женщину, что стояла перед ним также в чем мать родила, но ее тело было выкрашено в другой цвет – насыщенно-синий, как китайский фарфор.

Вновь подняв руки, Джерри соединил их с протянутыми руками женщины. Ладони сомкнулись с приглушенным всплеском, и краски на них начали смешиваться. Джерри потянул женщину на себя и она тоже опустилась на колени. Он не помнил имени этой женщины; ее облик и возраст определить было трудно. В обычной ситуации Джерри счел бы ее попросту отталкивающей, но сейчас она идеально подходила для его планов. Более того – отвращение, усиленное действием таблеток, которых он наглотался, было в данном случае необходимым ингредиентом его шедевра. От одного взгляда на обвислую, сморщенную грудь, чего не скрывал даже толстый слой краски, член Джерри Хо начал восставать – и вовсе не от вида женской наготы, а от того, что сотворение каждого нового шедевра оказывало на него эротическое действие. Он медленно распластался на белоснежном холсте.

Ум его был уже полностью во власти того цветового символа, который изображало тело на белом фоне и который потом будет отштампован на одинаковых офортах.

Для Джерри Хо живопись была случайностью, которую художник способен обнаружить, но не сотворить. Сам же процесс творчества – дело случая, хаоса, равно как и двух его естественных либо искусственных составляющих – секса и наркотика.

Джерри Хо был совершенный псих. По крайней мере, в своем невероятном самомнении считал себя таковым и в очередной раз это отметил, сделав женщине знак приблизиться. Женщина, чьего имени он не помнил, взгромоздилась на него, опершись на руки по обе стороны его бедер; глаза полузакрыты, дыхание слегка сбитое. Джерри чувствовал, как ее давно не мытые волосы щекочут ему пупок. Он обхватил ее голову и нагнул к своему члену, который в гордой белизне возвышался над раскрашенным телом.

Теперь они оба стали цветовыми пятнами разной плотности, наложенными друг на друга и отразившимися в большом зеркале на потолке. Медленное движение женской головы терялось в перспективе. Он ощущал это движение, но не мог как следует разглядеть. То, чем она занималась, а также множество проглоченных таблеток приводили его в экстаз. Он раскинул руки и прижал ладони к белому холсту. Когда Джерри вновь поднес руки к голове женщины, то увидел следы краски на белом и от этого еще больше возбудился. Зеркало и краска – трюк старый, как мир; это повелось еще с тех пор, когда кто-то определил искусство как безудержную суету кистей на холсте. Веласкес, Норман Рокуэлл и другие – герои минувших времен, пропахших плесенью и гнильем.

Читать дальше

Джорджо Фалетти: Нарисованная смерть (Глаза не лгут никогда)

Джорджо Фалетти

Нарисованная смерть

(Глаза не лгут никогда)

Песнь женщины, что мечтала стать моряком

Вмиг, в секунду одну,
Теперь, и только теперь
Хочу разорвать тишину,
Что к мечте запирает дверь.

К шпангоутам, марсам и реям,
К взошедшей над морем луне,
К холодным, извилистым змеям,
Лениво ползущим на дне.

Откройся, заветная дверца.
Как можно мечту забыть?
Ведь сердце, странное сердце
Щемит и зовет уплыть.

Вмиг, в секунду одну
Я сердцем того пойму,
Кто слушал пенье сирен,
Стремился в их томный плен.

Я рвусь туда год за годом,
И эта мечта, поверьте,
Слаще, чем финики с медом,
Крепче, чем северный ветер.

Мне душу сжигает пламень,
В оковах томится плоть,
На сердце тяжелый камень,
И нечем его расколоть.

Коннор Слейв, «Обманы тьмы»

Тьма и ожидание окрашены в один и тот же цвет.

Сидящей в темноте девушке с лихвой хватит того и другого. Она убедится на собственной шкуре, что зрение – фактор не столько физический, сколько ментальный. Внезапно фары проходящей машины высветят слепящий прямоугольник, который пронесется по холлу с затаенным любопытством, будто в поисках некой воображаемой точки, и, найдя выход из темницы четырех стен, вылетит из окна на улицу догонять породившую его машину. За преградой штор и стекол, в желтоватой тьме от тысячи огней и неоновых реклам клубится непостижимое безумие по имени Нью-Йорк, город, который все ненавидят, упорно цепляясь за него с единственной, невысказанной целью: понять, за что же так любят его, и страшась обнаружить, насколько безответна эта любовь. Что тут поделаешь – ведь они просто люди и, как все прочие в мире, не желают признать, что у них есть глаза, чтобы видеть, уши, чтобы слышать, голос, чтобы перекричать другие голоса.

На столике рядом с креслом девушки будет лежать «Беретта 92 СБМ» – пистолет со специально уменьшенной рукояткой под размер женской ладони. Прежде чем положить его на стеклянную столешницу, она решительным жестом вставит обойму, и сухой щелчок затвора раскатится по комнате эхом, напоминающим треск разламываемой кости. Мало-помалу глаза ее привыкнут к темноте, и она сможет ориентироваться в неосвещенном пространстве. Устремив взгляд прямо перед собой, она не столько различит, сколько угадает темный силуэт двери на противоположной стене. Еще со школы она знает, что если долго и пристально смотреть на цветное пятно, то оно застрянет в зрачках и будет стоять перед тобой, даже когда отведешь взгляд.

Девушка почувствует горькую улыбку на своем лице.

Если смешать разные цвета в нужных пропорциях, получится нечто абсолютно серое. Во тьме такого быть не может. Тьма творит лишь тьму. Но дело в данный момент отнюдь не во тьме. Человек, которого она ждет, на миг осветит темное пространство, открыв дверь. Но и это не проблема и не ее решение.

После долгого пути к убийству и не менее долгого бегства от него, в нескончаемом туннеле, изредка освещенном тусклыми огоньками, два человека найдут друг друга и, выйдя на свет, обретут наконец то единственное достояние, которое вернет им и речь, и слух, и зрение, – истину.

Два человека. Один из них – девушка, от страха не прозревающая истины.

Второй, само собой разумеется, тот, кого она ждет.

Он, убийца.

Часть первая

Нью-Йорк

Джерри Хо, абсолютно голый, соскользнул на пол и очутился на коленях посреди огромного белого полотнища, прилепленного к полу скотчем. После небольшой паузы, какую может позволить себе цирковой артист перед исполнением трюка, он окунул обе руки в зажатую между ног жестянку с красной краской и поднял руки кверху, чтобы краска медленно стекала до локтей и подмышек. Было в этом жесте нечто языческое – так художник маскирует бытовой сюжет религиозным содержанием, пытаясь найти новые формы общения с божественным духом. Тем же плавным, полным намеренного мистицизма движением он стал размазывать краску по телу, оставляя незакрашенными лишь области вокруг пениса, рта и глаз. Мало-помалу человеческое тело исчезало, принимая по воле Джерри вид разверстой, кроваво-красной раны, источавшей соки, несовместные с человеческим естеством.

Читать дальше

Нарисованная смерть, По осколкам — фанфик по фэндому «Sally Face»

! Работа по заявке! Лучи полуденного солнца проходили сквозь высокие окна и опускались нежными яркими полосами на обнаженное тело в кресле. Мягко очерчивали линии сгибов и бликовали в широко распахнутых глазах. Здесь творится искусство. Широкоплечий мужчина, сидящий на высоком стуле перед большим мольбертом, хлопает себя по колену в такт музыки, которая слышна в комнате, да и во всем доме тоже. Испачканные в краске руки оставляют яркие густые следы на ткани домашних серых штанов, и это оказывается единственной надетой одеждой.
На его обнаженном торсе тоже гуляют солнечные зайчики, они скачут по его немного смуглым плечам и рукам каждый раз, когда он сдвигается чтобы посмотреть на свою модель. Свои каштановые волосы он собрал в тугой пучок на затылке, заколов их длинной витиеватой шпилькой с набалдашником в виде жука-скарабея. Рука сидящего в кресле юноши падает с подлокотника, и художник цыкает, коротко вздыхает и, снисходительно улыбнувшись, поднимается со стула. — Ох, так не пойдет. Давай-ка ты будешь в той позе, которую я подобрал для тебя, — шатен подходит к небольшому подиуму, на котором стоит кованое из железа кресло. Его ступни шумно шлепают, пачкаясь в красном цвете, и оставляют следы на прозрачной пленке, когда он подходит вплотную. — Ты чудесно выглядишь, дорогой. Твои мягкие формы и бледная кожа с этими светлыми, почти белыми волосами так потрясающе смотрятся, когда ты в этом кресле. Я откапал его на барахолке пару лет назад. Не мог пройти мимо такого шедевра. Только подумай — какое великолепие могут сотворить люди из любого материала.
Даже твердое прочное железо, казалось бы, не должно прогибаться, но только посмотри — какую форму оно приобрело в умелых руках, — художник берет юношу за руку, целуя его тыльную сторону ладони, и возвращает на место. Поправляет такое же кованое украшение на его шее, любовно проводя пальцами по витиеватым металлическим цветам и спиралям, и довольно улыбается, смотря в яркие голубые глаза. — Просто великолепно. Осталось совсем немного. Пара деталей, и я закончу. И через неделю в его персональной галерее появилась новая картина. Обнаженный молодой юноша расслабленно сидел в кованном кресле. Его голова была закрыта подобным железным рисунком, по форме напоминающее маску, скрывая его лицо, виднелись только яркие голубые глаза, сверкающие своим цветом на фоне металла, и светлые, выгоревшие, коротко стриженые волосы. Кончики локонов проступали сквозь гнутые прутья и ассиметричным рисунком очерчивали темные грани. Если присматриваться, то казалось, словно кто-то намеренно неаккуратно обрезал некогда длинные волосы, добавляя образу некой живости.
Своеобразное украшение на шее, похожее на ожерелье с острыми гранями, распарывало его кожу, цепляясь в район его адамова яблока, и растягивало в разные стороны, открывая вид на связки, сухожилия и мышцы. Подобный корсет опоясывал и все его туловище, раскрывая самое сокровенное в нем, обнажая решетку белых ребер, под которыми виднелись внутренние органы. На коленях модель одной рукой держала свое собственное сердце, закованное в металлический витиеватый рисунок, а вторая рука свободно лежала на холодном подлокотнике. Казалось, этот таинственный, жутковато романтичный персонаж кому-то раскрылся полностью, в буквальном смысле предложив свое скованное чувствами сердце. Картина произвела фурор своей новой идеей. Ее фото на стенде стало обложкой месяца художественного журнала. И, как всегда, была поразительно реалистична. Ночные улицы Сент-Луиса переливаются множеством огней. Несмотря на то, что время давно приближалось к двум часам ночи, многие жители города не собирались спать. Кто-то весело проводил время на фестивале, наслаждаясь уличными представлениями.
Кто-то просто гулял по освещенным улицам в парке, а кто-то сидел на крыше офисного здания через два дома от знаменитого отеля Ритц-Карлтон. Юноша, прячась в тени дверного проема пожарного выхода, достает из кармана коробочку леденцов и бросает в рот сразу две, пряча пальцы с ними под кромкой белого протеза. Он двигается к заранее выбранному месту на краю крыши и кладет плотный чехол от гитары на бетонный настил, щелкая замками. Под темной крышкой оказалась немного затертая на грифе электрогитара fender american original `60s jaguar. Парень любовно проводит по ее гладкой поверхности пальцами и забирается вовнутрь чехла, нажимая на потаённый отсек, поднимая вверх гитару и открывая вид на разобранную снайперскую винтовку. Снайпер скидывает капюшон с головы, завязывает стриженные по плечи голубые волосы в хвост и принимается к подготовке к работе. Выкладывает перед собой плотный, небольшой коврик черного цвета, собирает винтовку, ловко вставляя и закручивая детали, вслушиваясь в шум города и тихие щелчки оружия. Парень садится у самого края ограждения, ставит съемные сошки на бетонный высокий бордюр и пристраивает приклад к плечу. Через оптический прицел он настраивает дальность и высматривает окна третьего этажа отеля. В одном из одноместных, дорого обставленных номеров, прямо возле стеклянной балконной двери, на софе сидит женщина. Ее коротко стриженные волосы гладко зачесаны назад, она откидывает туфли в сторону и трет свою шею. Снайпер терпеливо выжидает, пока она не покажет ему свое лицо. Прежде чем спустить курок, он должен убедиться, что это именно тот, кто ему нужен. Дама поднимается со своего места и нервно ходит по комнате, бросает пиджак прямо на кровать и хватает полностью наполненный граненый стакан с темной жидкостью. Она замирает посреди комнаты, осушает содержимое до половины и наконец-то разворачивается лицом к окну, всматриваясь в виднеющееся ночное небо. Женщина подходит ближе, хватаясь за плотную ткань светлых штор, и тут же безвольно падает на спину. Стакан падает из ее рук, гулко ударяясь о застеленный пол, и прокатывается рядом с неудачно подвернутой ногой, разливая янтарное содержимое. Ее уже ничего не выражающие глаза частично закатываются, а бежевый ковер под ее головой впитывает багряную жидкость. В ее лбу, четко в районе переносицы виднеется небольшое сквозное круглое отверстие. Подобная брешь присутствует и в стеклянном ограждении балконного проема. Юноша довольно щурится в прорезях протеза и собирает свое добро обратно. За пару движений возвращает оружию разобранный вид, прячет в потайном отсеке, туда же убирая черный настил, щелкает крышкой и двигается к выходу. Таких странных фриков подобных ему полно. Сегодня художественный фестиваль, и в округе куча людей в различных масках и украшениях на лице и одежде. Сейчас он спустится вниз и через парковку выйдет на парковую улицу. По пути стянет свою темно-синюю ветровку и повяжет ее на бедрах. Яркая футболка с замысловатым сплошным рисунком и керамическим двухцветным протезом позволит ему ловко смешаться с толпой веселых людей. Парень сжимает лямку чехла сильнее, когда проходит мимо очередной шумной толпы пьяных альф, их густой запах давит ему на горло, вызывая рвотные позывы. Он грациозно варьирует между прохожими, уже почти доходя до своей машины, припаркованной на том конце улицы у круглосуточного магазина, когда кто-то неосторожно толкает его в плечо. Юноша шипит и оборачивается в сторону обидчика, но его резко отталкивает в сторону толпой громко кричащих людей, нога сталкивается с преградой и он по инерции начинает заваливаться на спину, уже предвкушая свое болезненное падение. Но чьи-то крепкие руки в цветных перчатках без пальцев хватают его за плечи, и он упирается в чью-то грудь. Парень за пол секунды разворачивается вокруг и сталкивается с темными, почти черными глазами, спрятанными в тени пёстрой маски рычащей собаки. Они смотрят друг на друга почти минуты. Молча и не отрываясь. Но в момент, когда спаситель выпрямляется, расправляя плечи, и тянет руку в сторону лица парня, тот отскакивает назад и, не моргая и поблескивая голубой радужкой, скрывается в толпе шумящих людей. А шатен так и остается стоять на месте, всматриваясь в яркие пятна одежды и масок, уже не надеясь увидеть только что встреченного человека. Мужчина сжимает пальцы, все еще чувствуя тепло на своих ладонях, и утробно рычит, делая глубокий вдох. Игра началась.

***

— Мистер Джонсон, она дочь уважаемого человека. Он готов заплатить любые деньги за Вашу работу! — Белокурая женщина в светло-зеленом деловом костюме возмущенно пыхтела, глядя на профиль своего работодателя. Она нервно соскочила со своего места, громко скрипя ножками стула по паркету. Мужчина на ее реплики только устало вздыхал и чесал подбородок, задумчиво смотря в прозрачную стену ресторана, рассматривая прохожих на улице. Его образ, не смотря на порванные джинсы и светлую футболку с витиеватой надписью, вписывался в декор ресторана, стягивая все внимание на себя, словно он был тут с самого начала для того, чтобы и быть центром этого мира. — Успокойся, Рейчел. Присядь и выдохни, — шатен собирает свои длинные волосы, сворачивает их жгутом в пучок и ловким плавным движением закалывает острой шпилькой. — Я уже объяснил Мистеру Белуче и его дорогой дочери, что я не пользуюсь услугами моделей. Моя муза — это чувства, Рейчел. — Но… — Довольно об этом. Мое решение не изменится. Она смотрит в глаза Джонсона и проглатывает заготовленные слова. Темно-каряя радужка угрожающе сверкает в ее сторону. Странный ужас охватывает ее легкие, сдавливая холодными кольцами. Она почти три года работает с этим мужчиной и уже пять лет вертится в кругу художественного бизнеса. Различные выставки, спонсорские мероприятия; Джонсон не первый ее подопечный. Она была назначена ему компанией, когда его предыдущий менеджер уволился и уехал в Багдад. Этот мужчина был странным. Его привлекательная внешность определенно заманивала, заставляя с придыханием смотреть на него и выпрашивать крупицы внимания, но в то же время что-то до чертиков пугало. Словно ты смотришь на какой-то дикий хищный цветок, который своей красотой заманивает тебя, чтобы съесть, окутывая сладкой пыткой. Возможно, дело было в его сущности — столь сильные феромоны у альф встречались редко. Но как говорится, редко, но метко. Его картины всегда были наполнены ужасом от происходящего на них, но невероятной красотой исполнения со своей собственной энергетикой они покоряли и притягивали к себе внимание, как и сам их создатель. Он никогда не раскрывал имена тех, кого рисовал, не изображал сами лица, но Рейчел знала точно, что он писал с натуры. Она как-то видела его мельком в компании огненно-рыжей девушки, когда приходила в его дом за подписанным договором, а затем видела новый образ на картине с такими же волосами, правда, голова была отвернута, не смотря на то, что обнаженная грудь была обращена прямо на зрителя. Жутко, но завораживающе. Он уже четыре года производит настоящий фурор на художественном поприще. Затыкает рты пустышкам современного искусства. Переворачивает с ног на голову само понятие красоты. Заставляет восхищаться и желать большего, смотреть на то, что раньше вызывало бы только отвращение. Пробирается под самую кожу, выворачивая эмоции. Десятки работ. Каждая из которых была шедевром сама по себе. Манера подачи идеи, преображение мыслей и чувств. Его выставки всегда привлекали много людей. Не удивительно, что год назад он приобрел помещение и организовал свою собственную галерею в Нью-Джерси. Он приехал из Санта-Моники почти десять лет назад. Молодой и амбициозный девятнадцатилетний парень. Проработал помощником у местного авангардиста, совмещая ночную работу грузчиком. Вертелся, как мог, чтобы выжить и прорваться сквозь толпу молодняка. И у него получилось добиться желаемого. Но это не уменьшало того факта, насколько странным был Ларри Джонсон. Испанские корни виднелись в его внешности. Его поведение вызывало множество споров. Кто-то говорил, что он озабоченный альфа, флиртующий со всеми подряд. Кто-то считал его внимательным и добродушным иммигрантом. На все эти комментарии Ларри только загадочно улыбался и добро посмеивался, вертя в руках локон своих волос. Его одежда всегда менялась. То классический костюм, то простые одежды студента. Как-то раз он пришел на собственную выставку в кожаных штанах и свободной льняной рубахе. Какой бы образ он себе не подбирал, неизменно оставалась его серебряная заколка-шпилька со скарабеем. Она могла держать собранными его длинные до лопаток волосы или блестеть, как брошь на груди, но он всегда носил ее с собой. — Последняя картина очень понравилась Мисс Суфор, она желает приобрести ее копию от Вас, — девушка смотрит в блокнот перед собой, стараясь хоть как-то успокоить колотящееся сердце, искренне радуясь, что является невпечатлительной бетой. Будь она омегой, как часть ее коллег, умерла бы либо от страха, либо он перевозбуждения. — Я рад. Мне нравится, когда люди ценят мои работы. Они ведь как маленькие части моей души, — мужчина довольно улыбается, смотря на собеседницу. — Передай ей, что в ближайшее время я займусь копией для нее. Надеюсь, она уловила тот смысл, который я пытался донести. — Еще эту копию желает получить Ваш постоянный почитатель мистер Миллер и еще пять заявок на нее от разовых покупателей. Так же есть покупатели на «Гордыню», «Одиночество» и «Возлюбленного». Все первые выплаты поступят на счет в течение этой недели после того, как компания вычтет свой процент. — Чудесно-чудесно. Как много работы меня ждет впереди, — шатен подпирает рукой щеку и снова возвращает свой взгляд на улицу. Виднеющийся через дорогу парк был одним из самых проходимых, все-таки центр города. Он часто смотрел на окружающих. Пристально, внимательно, рассматривая их своим цепким взглядом. Возможно, он получал от этого удовольствие или искал подходящий образ для своих новых картин. Вдруг Джонсон как-то подбирается, пристально вглядывается в прохожих и соскакивает со своего места. — Поговорим потом, Рейчел, — он бросает на стол несколько купюр из бумажника и выбегает на улицу. Девушка видит, как он пробегает мимо нее и заворачивает куда-то в сторону. Словно преследует кого-то.

***

Джонсон проскакивает мимо людей, толкает кого-то в плечо и, даже не оборачиваясь на гневный оклик, мчится вперед. Перед глазами голубые волосы, забавно переливающиеся на солнце и путающиеся в складках красного капюшона. Шатен, как гончая собака, преследует случайно увиденного в толпе парня. В голове тысяча мыслей и сотни идей. С той запоминающейся встречи прошел месяц, а он все еще не может отделаться от наваждения о том пареньке в маске с цветными волосами, которого он видел на фестивале. У него редко бывало столь всепоглощающее вдохновение. Руки так и зудели прикоснуться к той неестественно бледной коже. И глаза, чертовски завораживающие глаза, ох, он бы выделил им особенное место на картине. Он следит за ним еще два квартала, стараясь не упускать из виду, до слез высматривая в толпе необходимую фигуру. В груди все сжимается от предвкушения и восторга вперемешку с диким возбуждением. В очередной раз перебегая дорогу следом за парнем, он чуть не попадает под колеса проезжающей машины. Водитель гневно сигналит, разрывая перепонки противным звуком, и Джонсон не сдержанно рычит, воспринимая все это, как проклятую помеху, стремящуюся испортить все его планы. Художник в ответ показывает невежливый жест, резко останавливается на тротуаре, перепрыгивая через бордюр, и оглядывается по сторонам. Всего-то полминуты, а он уже потерял его из вида. Сейчас разгар обеденного перерыва в субботу, такое чувство, словно все жители городишка решили выйти на улицу. Признать поражение оказывается невыносимым тянущим чувством у него в районе солнечного сплетения, давненько он не испытывал подобного. Со времен своей средней школы, когда все, что у него было — это подсобное помещение, которое его семья гордо называла квартирой, и разгорающееся чувство неудовлетворенности. Парень еще пару раз оглядывается по сторонам, проходит пару метров от одной стороны улицы к другой и гневно выдыхает, сжимая зуба от досады. Что же, придется признать, в этот раз он оказался недостаточно проворным. Ларри сворачивает по направлению в торговый квартал. Сейчас он двигается медленно, злобно жмурясь от переполняющих эмоций, и по инерции оглядывается по сторонам, совсем не обращая внимание на других прохожих. А в одном из узких проходов между домом и магазином бытовой техники, в их плотных тенях, виднеется фигура, ловко скрывающаяся за пустыми коробками. Человек выходит вперед, приближаясь к полоске дневного света, который более ярко светит на улице, и провожает своим внимательным настороженным взглядом парня, который преследовал его. Юноша плотнее тянет капюшон на лицо. То, что за ним оказался хвост — совсем не ново для него, но вот то, что это будет какой-то городской альфа, было удивительно и подозрительно. Этот тип в открытую преследовал его, совсем не скрываясь или хоть как-то маскируясь. Наемники, детективы или даже обычные карманники и воры действуют совсем не так. Уж он-то знает. Сал Фишер с малых лет вертится в кругах людей, профессия которых, можно сказать, «чересчур узко профильная». Наследование дела, так это у них называется. Большую часть своих знаний и навыков он получил от отца, а тот в свою очередь от матери и так по прямой линии их фамилии. Удивительно, что при такой работе его семья умудрялась жить достаточно обычной жизнью, ну, или просто мастерски маскироваться под проживание ее. В отличие от других подобных наемников, Фишеры были известны своим семейным делом, редким натуральным цветом волос и потрясающе зорким взглядом. У каждого наемника есть свое кодовое имя. Его получают на инаугурации, которую проводят каждый год совместно со всеми верхушками. За проявленные навыки или какую-то особенность поведения всегда можно получить прозвище, которое можно использовать при работе. Это было скорее из простоты, чем ради какой-то секретности. Ведь даже если кто-то сольет списки подобных ему людей, доказать что-либо будет невозможно. Не оставлять следов — одно из их призваний. На посвящении, оказавшись в тисках и со сломанным ножом в руках, Салу в буквальном смысле пришлось покромсать для себя путь. Поэтому прозвище Салли-Кромсали прицепилось к нему сразу. Какой-то юморист из группы охраны министра посольства решил отличиться чувством юмора. И это имечко — самая большая оплошность в его описании. Подобная кровожадная расправа, когда ему, мелкому шкету шестнадцати лет, пришлось разрезать сухожилия осколком металла и вгрызаться зубами в лицо соперников, была единственным случаем. На деле, Кромсали — настоящий тихоня. Вся его работа не вызывает шума и всегда сделана гладко и быстро. Никаких свидетелей, никаких подозреваемых. Убийство происходит, как кара Божья, только за место длани — снайперская винтовка, заточенный нож и крепкая удавка. Парень закусывает губу и следит за темноволосым мужчиной, пока его фигура окончательно не скрывается из виду, сливаясь на горизонте с толпой людей. Интуиция истерично кричит об опасности. Конечно, альфа в принципе имеет преимущество перед омегой, которым является Сал, а уж этот недошпион явно один из сильных представителей. Но опыт делает свое дело, и чтобы справиться с Кромсали одной природной силы будет не достаточно. Даже феромоны не могут возыметь должного эффекта. Если ты будешь кидаться на каждый привлекательный запах или замирать от страха из-за чужих феромонов, то проживешь не долго, будучи одним из Фишеров. Вот только возникает вопрос. Какую опасность может принести с собой этот городской мальчик в странной яркой одежде? Сал не боялся, даже когда был мелким и стоял против толпы кровожадных взрослых. Но при этом сейчас чутье остервенело сжимает ему горло и тянет желудок. Вся эта история грозит большими проблемами, и они явно могут оказаться смертельными.

***

У этого паренька между его ног такого же цвета волосы, бледная кожа и глубокие глаза. Вот только Ларри трет локоны между пальцев, и они кажутся ему какими-то жесткими, и оттенок совсем другой. У того парня они казались более воздушными, и в свете прожекторов и цветных огней они выглядели невероятно яркими. А про глаза вообще стоит промолчать. С тем насыщенным ярко голубым эти бледно карие даже рядом не стоят. И кожа хоть и кажется сначала светлой, на деле совсем обычная. Просто на фоне его собственной, немного смуглой, кажется таковой. И выходит какое-то сплошное разочарование. Как его вообще угораздило оказаться в этом дешёвом номере, да еще и в компании этого паренька? Он ведь никогда раньше не позволял себя связывать с ребятами столь легкого поведения. Частенько за такими куколками уж очень проблемные люди. А Ларри не нужны лишние хлопоты. Он и так занимается не самым легким делом, где один маленький просвет может стоить ему жизни. Эх, глупый, глупый Джонсон. Повелся на его внешность, игнорируя собственные правила, купился всего за парочку похожих черт, и то притянутых за уши. Видимо, так сильно хотел заполучить, что даже на жалкую замену был согласен. А вот нутро не согласно. И хоть телесное удовольствие и разливается приятными волнами, грея кровь в венах, разочарование неприятно давит на его легкие изнутри, толкаясь в ребра. Отвратительное чувство. Странная детская привычка искать замену желаемому все еще иногда всплывает. А ведь он уже давно не разменивался на всякую мелочь. Вылавливал только то, за что цеплялся его глаз, и что западало в душу. Ларри откидывается спиной на кровать, и парень тут же забирается на него сверху. Прижимается к нему обнаженным телом и горячо дышит ему в грудь, вылизывая попадающуюся кожу. Он даже не раздевает его полностью. Седлает его бедра, довольно улыбаясь и прищуриваясь. А шатен только прикрывает глаза и старается смотреть на партнёра сквозь ресницы. Так размытый силуэт кажется куда приближенней к желанному образу. Джонсон ведет руками по горячей коже на талии, грубо хватает за бедра, вызывая звонкий стон. И подкидывает свой таз скорее рефлекторно, чем осознанно. Как бы его мозг не противился, животные инстинкты становятся куда сильнее в моменты возбуждения. В конце концов, и от этого мальчишки может быть толк. Даже из него можно сотворить какой-нибудь набросок. Не пропадать же добру. Уж Ларри-то знает, насколько ценны его модели. Сал внимательно смотрит в открытое нараспашку окно дешёвого номера местного отеля. Светлый интерьер с большой кроватью в виде сердца, занимающей почти все место в комнате. И два развлекающихся на ней тела. Бинокль откладывается в сторону, и парень тянется за пакетиком крекеров. Последний соленый кусочек отправляется ему в рот, наполняя вечернюю тишину легким хрустом. Протез лежит у него на коленях. Оголенные шрамы приятно обдуваются ветром, и Кромсали довольно выдыхает. В этой штуке определенно точно тяжело дышать, но выходя на людные улицы, ему приходится носить ее. В одном из заданий, на которое он отправился с отцом, будучи еще «зеленым», все перевернулось из тихой миссии в настоящую бойню. Его тело и в особенности лицо задело разбившимися осколками стекла. Один из них даже попал ему в глаз, из-за чего Сал теперь иногда носит глазной протез приближенного к его радужке цвета. Собственно, какая ему разница, как он выглядит? Работу искать не нужно, заводить друзей тоже. А если приспичит пережить течку, так у него есть к кому идти на эти дни, и там уже все равно, есть у него глаз или нет. Крекеры заканчиваются быстрее, чем он рассчитывал, и парень прячет пустую фольгу в карман джинс. Цель его вылазки — мальчишка-беспризорник, который решился шантажировать одного из не самых последних людей. Кто бы мог подумать, что такой глуповатый на вид паренек рискнет сделать запись того, как директор компании, известной своей яркой работой за права семьи и детей, будет жестко трахать мальчишку, который то и дело будет называть его папочкой. Саму запись Фишер-младший не видел, но одна из знакомых, через которую он получает свои заказы, поведала ему такую странную деталь. А не верить ей причин — нет. Омега тянется за биноклем, вновь отыскивает нужное окно и следит за тем, как парочка одевается и собирается выходить. Темноволосый мужчина подходит к окну и закрывает створку, и Кромсали почти уверен, что тот смотрел точно на него. И он узнает того неудачного преследователя из сегодняшнего утра. Паника разрывает его перепонки, оглушая и отрезая от внешнего мира. Юноша дергает маскировочную накидку, в которую он укутан, и медленно выдыхает. Для такого страха причин нет. Он надежно укрыт, и его нельзя просто так заметить, если не знать, где он сидит. Этот мужчина просто посмотрел на улицу, немного задерживая взгляд в окнах соседнего дома. Вот и все объяснения. Но это не причина забывать то, что они уже сталкивались сегодня. Сал не верит в судьбу, приметы и прочую чушь. Если бы вся жизнь подчинялась этому бреду, все бы люди уже передохли. Повторную встречу нельзя игнорировать. Придется узнать, кто это и что ему нужно.

***

Это была их вторая встреча. Не то чтобы Джонсон имел в списках хобби проводить свободное время со шлюховатыми мальчиками, но взявшую его за горло меланхолию частично отгонял этот любитель поболтать. Так что ему пришлось потеснить свои собственные загоны и принципы, чтобы удовлетворить элементарное желание обладания. Если честно, он даже не заполнил его имени. Френсис? Филипп? Фрэнк? Имечко еще такое, забавное на слух, но оно совсем не отложилось у него в памяти. Да, это невежливо, учитывая, что между ними следовало бы постараться удержать в своей голове этот важный обозначительный символ, но вот желания делать это совсем не было. Болтовня этого паренька порой раздражала и дико бесила до скрежета в зубах. Постоянно хотелось зашить ему рот и вырвать язык, чтобы в комнате, наконец-то, настала чертова тишина. Ларри глубоко вздыхает и переводит взгляд на снующих туда-сюда людей. Ночью город нравился ему куда больше, чем днем. Был какой-то свой шарм в этом интригующем мраке, разбавленном искусственным светом фонарей и вывесок. Словно некий потусторонний, неизведанный мир. Они встретились в ресторанчике, столики которого находились за пределами здания и были скрыты высокими зонтами. В целом уютное место. Вечером тут на удивление оказалось мало посетителей, и те были слишком заняты друг другом, судя по всему, это кафе пользовалось популярностью у романтических парочек. Но стоит отдать должное — расположение некоторых столиков наверняка позволяло насладиться прекрасным видом и теплом. Возможно, альфа придет сюда как-нибудь один, просто чтобы насладиться вкусным напитком и летним солнцем на своих плечах. Шатен медленно наклоняется к своему спутнику, целует в висок и снисходительно улыбается в ответ на какую-то реплику и сжатые пальцы на своем колене. Следить за нескончаемым потоком слов оказалось чертовски трудно, хотя Ларри был уверен, что он достаточно внимательный к своим собеседникам. Хотя, возможно, он все-таки приукрашивает эту свою черту. В конце концов, люди интересуют его, скорее, чисто за внешние качества, чем за какой-то неизвестный внутренний мир. Хотя. Однажды, еще в начале своей карьеры художественной звезды, он все-таки решился на эксперимент, и в его моделях был самый богатый на внутренний мир человек. Джонсон все еще с некой теплотой вспоминает этот опыт, ведь подобное было у него впервые, да и у модели разумеется тоже. Но вот повторять такое он не хотел. И хотя картина, наполненная красками, и произвела эффект, должного удовлетворения, как от других своих работ, он не получил. Так что подобное он больше не практиковал. Для модели неважно — какой она религии, что предпочитает есть, какую политическую партию поддерживает и любит ли она кошек. Все это мишура по сравнению с тем богатством, которое лежит прямо на поверхности. Но если быть совсем уж честным с собой, этот знаменитый внутренний мир влиял на внешний. Одна его модель была помешана на цветах. От нее пахло сырой землей и она даже набила себе на груди татуировку в виде своеобразного букета каких-то растений. Она так была влюблена в свое хобби, что стала поистине ярким цветком на его третьей выставке. Но этот голубоволосый парень кажется совсем уж пустым и неинтересным. Единственное, что удерживает интерес альфы к нему, это его отдаленная схожесть к нынешнему объекту помешательства. Не больше. Ларри хватает еще на полчаса этого беспрерывного трепа, а затем он не сдержанно тащит парня за собой подальше от посторонних глаз и поближе к своей машине, которую он оставил на парковке. Чем быстрее они уедут от сюда, тем скорее можно будет расслабиться дома и наконец-то заняться любимым делом. Но его нетерпение расценивают по своему, абсолютно противоположное истине. Паренек тянет его куда-то за угол и тут же прижимает к каменной холодной стене. Раздражение Джонсона растет в какой-то колоссальной прогрессии. Что-что, а вот секс на улице он не практикует. Шатен уходит от поцелуя и крепко обхватывает ладонями удивленное лицо. — Эй. Нам не куда спешить. Верно? — Подумать только, нужно всего лишь пара движений, чтобы свернуть эту тонкую шею. — Ты совсем не такой, как мои другие кавалеры. В тебе столько выдержки, — парень довольно улыбается и вызывающе облизывает губы. Он даже не представляет, насколько прав, говоря о его самоконтроле. Мальчик разворачивается и, вызывающе виляя бедрами, возвращается на первоначальный маршрут. Альфа глубоко вздыхает и грубо трет виски, пытаясь взять под контроль поднимающееся раздражение и нервозность. Он следует за парнем, проверяя ключи от машины в кармане. Место, на котором он припарковался, совсем не освещено, осколки разбитых фонарей пару раз хрустели у них под ногами, пока они шли.

***

Они отстают друг от друга всего какой-то жалкий метр, но этого хватает, чтобы в один миг силуэт беты поглотил полумрак. Джонсон следует за ним, нащупывая в нагрудном кармане куртки электрошокер. Он подготовился сегодня как следует. Комната для гостя уже вычищена и оформлена, как полагается. Осталось-то всего ничего. Нужно только решить, как именно следует его доставить к себе домой. Альфа мешкает всего на пару секунд, и слышит подозрительный шорох где-то с боку. Все происходит быстро, прямо как в компьютерной игре на реакцию. Ларри видит спину парня, чуть выше его новой модели. Он как-то странно переминается с ноги на ногу и только спустя еще пару мгновений альфа смог разглядеть задыхающегося паренька в его руках. Из горла почти вырывается разочарованный вздох. Какого черта кто-то портит его планы? Он и так не доволен этим раскладом с заменой модели, а тут ее вообще, что ли, не будет? Когда тело Филиппа падает на бетонный настил, альфа даже не дергается, иронично, что он вспомнил его имя только сейчас. А вот что делать с этой ситуацией совсем не ясно. Убийца выпрямляется и разворачивается, убирая леску обратно в руках черной кофты. Если в мире случаются чудеса, то сейчас происходит именно оно. Ларри дергается вперед, попутно нащупывая электрошокер. Натыкается на темные глаза, жутковато блестящие в темноте, и облизывает губы, когда отчетливо рассматривает запомнившуюся маску и пряди цветных волос, торчащих из-под темной шапки. Его руку блокируют и тут же бьют в ответ по лицу. Острые костяшки чужих пальцев больно проходятся по скуле, и шатен рефлекторно отступает на шаг. Показавшийся нож, нацеленный на его горло, он успевает перехватить на чистых инстинктах. Адреналин плещется в его крови неописуемой бурей, заставляя двигаться быстрее и резче. Ларри толкает его на соседнюю машину, слышит болезненное шипение и, не теряя минуты, хватает кисть с оружием, пытается заломить руку за спину соперника. Сигнализация раздается оглушающим эхом от стен подземной парковки, и они оба понимают, что время пошло на секунды. Лишние свидетели не нужны никому из них. Никто из них не может вырваться из захвата соперника. Удары оставляют болезненные следы на коже. Джонсон даже чувствует струйку крови где-то рядом с виском. Они смотрят друг другу в глаза, загнанно дыша сквозь сжатые зубы, оглушенные воем сирены и вымотанные потасовкой. Острие ножа все-таки упирается ему в горло, и Ларри замирает, не двигая головой, опасаясь проткнуть кожу. — Кто ты, блять, такой, уебок?! — Гневный окрик разбивает не останавливающийся вой, и эта фраза дает время для передышки. — Тайный поклонник, — ох, Джонсон. Даже с ножом у горла ты еще пытаешься шутить. — Я тебе мозги через глотку проткну. Ларри коротко смеется и дергает руку противника в сторону, тут же бьет его головой по маске. И пока тот дезориентирован, вытаскивает электрошокер и прикладывает к оголенной шее. Темно-голубые глаза удивленно расширяются и тут же смыкаются. Обездвиженное тело падает в его руки, и альфа хватает его как долгожданный приз, крепко прижимая к себе. Шатен заталкивает бессознательное тело на заднее сиденье. Мертвого Филиппа он прячет в багажнике. Бегло оглядывает место потасовки, стараясь разглядеть хоть что-то в этой темноте. Хватает с пола нож и тут же прячет его в бардачке. И как раз вовремя. — Эй. Кто здесь? — Прокуренный хриплый голос раздается в паре метров от него. Яркий луч фонарика проходит по его фигуре, и Ларри жмурится, прикрывая лицо от света. — Простите. Вы должно быть из-за сигнализации? Ох, отведите свет в сторону, я Вас совсем не вижу, — Джонсон подходит ближе к мужчине в форме охранника. — Простите, я задел машину, когда мы с моим младшим братом повздорили. — У Вас лицо в крови. Все в порядке? — Шатен вымучено улыбается и устало выдыхает. — Эти подростки. Он хоть и выглядит у щуплым — еще тот задира. Перебрал какой-то дури с друзьями, я приехал его забирать, а у самой машины он уперся, и все тут. Мол, я не должен постоянно следить за ним. — Хорошо же он Вас отделал. Может вызвать скорую? — Охранник светит на заднее сиденье. Молодое тело с ярко голубыми волосами занимает все пассажирское место. Явно бесчувственное, но без заметных побоев. — Странная у него маска. — Разве поймешь этих подростков. Говорит, это модно. А я что, сам не эталон классического внешнего вида. Да кто из нас по молодости не хотел выделиться. Мужчина понимающе кивает головой и улыбается, Ларри не прогадал, подобрал нужный сценарий. Охранник склоняется к рации на своей груди, нажимает на кнопку, и та, выдавая странное шипение, замолкает. — Стен, отключай сингалку с А78. Машина цела, просто задели ее, — сигнализация тут же замолкает, оставляя после себя тихий звон в ушах. — Спасибо большое. Не хотелось бы еще с хозяином машины выяснять отношения. На сегодня с меня достаточно приключений, — Джонсон доброжелательно улыбается и пожимает протянутую руку. — Все в порядке, я в старшей школе тоже дурил. Много чего перепробовал. Езжайте домой, пусть парень отоспится. — Верно говорите. Надеюсь только, что он все-таки завяжет с такими экспериментами. Всего доброго, офицер. Тот в ответ важно опускает козырек форменной кепки и разворачивается в сторону комнаты охраны. Ларри провожает его взглядом, пока тот не скрывается из виду полностью. Только после этого доброжелательная улыбка с его лица пропадает, и он злобно цыкает. В тайном отделении бардачка он находит заготовленный шприц, уже наполненный мутноватой жидкостью. Джонсон открывает заднюю дверь, задирает рукав темной кофты и ловко нащупывает вену. Бледная, почти серая кожа кажется нестепенно белой. Синие витиеватые нитки выделяются на сгибе локтя. Ему уже не раз приходилось проворачивать это. Сначала вырубить электрошокером, лишить возможности шевелиться или вырубить на ближайшие десять минут. Затем обязательно снотворное внутривенно, чтобы модель ни в коем случае не проснулась раньше положенного времени. Обычно альфа предусмотрительно изучал физические возможности выбранного тела, чтобы правильно подобрать количество раствора и ненароком не убить раньше положенного времени. Шатен садится в машину, заводит ее, ставя на прогрев, и оборачивается на заднее сидение. Его персональная одержимость уже находится в его руках. Стоит только немного подождать, запереть ее в крепкой клетке и насладиться этим видом. Наконец-то он может приступить к работе. Скоро его коллекцию пополнит новый шедевр.

***

Сал приходит в себя медленно, словно выныривает со дна глубокого моря. С каждым проделанным вздохом боль в голове и теле растет. Кажется, каждая клеточка в нем кричала и истошно вопила, сообщая своему хозяину о некомфортном состоянии. Он пытается шевелить пальцами, напрягает мышцы до самого предела, но не чувствует никого отклика. Словно тело онемело или вовсе не принадлежит ему. Фишер прокручивает в голове прожитый день, чтобы хоть как-то пробиться сквозь туман в своем сознании и понять, что вызвало такой странный эффект. Утром он привычно пробежал свой тренировочный маршрут. Отписался о делах отцу, сделал запрос одному из торгашей информации и начал готовиться к своему заказу. Он точно помнит, как следил за целью и поджидал ее на парковке. Точно. Сраная парковка. Тот парень, с которым был заказанный парень… Запах орехов, меда и свежесрубленного дерева… Чертов альфа! Омега медленно открывает глаза. Осматривает небольшую комнату, освещенную приглушенным желтым светом. Под ним один большой мягкий матрас, застеленный свежевыстиранным бельем, и множество маленьких подушек, разбросанных вокруг. Сал поглядывает на мягкие на вид стены и один единственный ничем не перекрытый проход, в темноте которого виднеются старые металлические стеллажи и деревянные ящики. Кромсали дергает плечом и поднимается, осторожно принимая сидячее положение. На животе по самую грудь один сплошной ремень. Три маленьких замка висят в ряд, скрепляя стороны металлических колец застежки. Ноги ничем не скованны, но вот джинсы отсутствуют, только нижнее белье. Сал поднимается на ноги, медленно оборачивается и наконец-то понимает, что это за ремень. Два альпинистских прочных каната закреплены где-то на его спине и расходятся в разные стороны куда-то под потолок. Парень с усилием делает несколько шагов назад. Веревка разматывается, позволяя ему отступить, но стоит только чуть расслабиться, и над головой гудит механизм, дергающий его за канаты обратно, ближе к стене. Хитро задуманная комната и подготовленные оковы. Это тебе не наручники или цепи. Это цельный, сложный механизм, позволяющий двигаться, но не дающий покинуть выставленные пределы. Кромсали ругается себе под нос и падает на мягкий матрас. Его поймали и спрятали не понятно где и хрен пойми за чем. Оприходовали, как какого-то желторотика. Почему-то в голове тут же всплыло недовольное лицо отца, как пораженно поднимаются его брови и тут же кривится рот в презрительном оскале. От такого позора ему просто так не отмыться. Но это вопрос второстепенный. А вот узнать, зачем его сюда притащили — куда важнее. Все-таки людей его профессии либо убивают сразу, либо пытают в надежде получения информации. В любом случае, стоило готовиться к худшему и держать ухо востро. Только вот зачем с него сняли штаны и натянули странную футболку, больше походившую на больничную рубашку? Парень осматривает себя еще и обращает внимание на странные толстые браслеты на его запястьях. Скорее всего, они тоже часть его своеобразных кандалов. Сал проводит по шее рукой и натыкается пальцами на воспаленные бугры. Две жутко горящих точки при касании отправляют по всему его телу волну острых мурашек. Из-за неприятного чувства дыхание перехватывает, и в глазах плещутся цветные круги. Его оглушили шокером, это очевидно, как день. Но от тока в отключке он не мог провести долго. Значит либо это место очень близко от той парковки, либо его предусмотрительно качали чем-то. Фишер вздергивает рукава странной рубашки-футболки и находит на своем предплечье маленькую покрасневшую точку. Вот и один ответ из сотни. Будучи под препаратами, он мог проваляться без сознания даже не один день, из-за чего вероятность того, что он все еще в городе, была пятьдесят на пятьдесят. Это точно провернул тот неудачник-преследователь, но кто же знал, что этот парень такой мастер в удержании заложников? Только не ясно, провернул он это в одиночку или с кем-то еще. Из омеги такая себе цель выкупа, сумма на его официальном счете ровно перекрывает ежемесячную оплату арендованной квартиры и пять коробок пиццы. Сал лично проверил это. Родственников у него нет. Один отец, и тот за границей, как беженец. Так что вариант с выкупом отпадает. Парень снова меняет свое положение. Усаживается в угол комнаты и поправляет лезущую в глаза челку. Пальцы нащупывают горячую, шершавую кожу, и омега резко вздыхает. Протез сняли, и хоть явного комплекса по внешности у него не было, мысль, что кто-то рассматривал или трогал его лицо без разрешения, вызывала бурю негодования и омерзения. Для секс рабства он тоже не пойдет. С такой физиономией даже его сущность не может быть достойным товаром. Да и тело у него хоть и имеет положенные плавные формы, было достаточно физически подготовлено. Очертания кочанного торса портили всякую нежность в нем. Что уж говорить про профессиональные мозоли. — Срань! — Фишер ругается и гневно дергает за один из тросов, неприятно царапая кожу на ладонях. Все эти размышления как гадания на кофейной гуще. Сейчас ему нужно успокоиться и терпеливо ждать. Нужно больше информации о ситуации, иначе он рискует заведомо проиграть. Сал поднимается и осторожно расхаживает по комнате. Подходит максимально близко к границе матраса. Противный металлический скрежет раздается где-то над его головой. Он тянет руку вперед, и пальцы даже не касаются темной полоски, а от попытки пройти дальше канаты резко натягиваются и отталкивают его назад. Парень падает на спину, мягко приземляясь на подушки. Поднимается снова и трет ремень на груди. Тот болезненно врезается ему в ребро, тревожа сломанную три года назад кость. Из-за того, что оно неправильно срослось, теперь торчит больше положенного. Сколько проходит времени в его бесполезных метаниях не ясно. Нет ни окон, ни часов. Он даже не понимает день сейчас или ночь. В желудке начинает ныть, судя по всему, уже время ужина. Хотя, учитывая когда его вырубили, возможно сейчас утро. Сал на эмоциях хватает одну из подушек и кидает ее куда-то вглубь темноты. Слышит, как там она ударяется обо что-то, и громкое чертыханье. Парень весь подбирается, засучивает рукава рубашки, словно готовится броситься в драку. В черном коридоре начинают загораться светодиодные ленты на полу. Шутка про дорогу из золотого кирпича влезает в его голову совсем уж некстати. Перед ним оказывается тот самый парень. В широких льняных штанах, из-под которых виднеются щиколотки, и растянутой голубой футболке с желтыми узорами. Он несет в одной руке поднос, а в другой ту самую брошенную подушку. — Доброе утро, — Альфа счастливо улыбается ему, скидывает стоптанные резиновые тапки и поднимается к нему. Поднос в два движения превращается в маленький столик. На нем пластиковый стакан с соком, горячие тосты, судя по запаху, с мясом, нарезанные дольки яблока и киви. А парень предусмотрительный, вся посуда пластиковая, такой голову похитителю не разбить и горло самому себе не перерезать. — Как спалось? Голова не болит? Тошнота, слабость? Может быть, зуд или еще что-нибудь? Глаза не щиплет? — Шатен так обеспокоено спрашивает его, завязывает свои длинные волосы в пучок, откладывает испачканную в пыли подушку и внимательно смотрит на Сала. — А ты не охуел ли, приятель? — Слова вырываются до того, как он успел подумать. Картинка вырисовывается настолько абсурдной и комичной, что хочется биться головой о стену. — Слушай. Я знаю, у нас вышло такое себе знакомство. Обычно я начинаю с более неформального общения. Ну, знаешь, где-нибудь в красивых местах, — Альфа остается стоять на месте. На той границе, к которой Сал не может приблизиться. Умный засранец. Все понимает. — Типа свидание, — в голове что-то щелкает парочку раз, и картинка словно преображается. — Сначала парочка встреч на нейтральной территории. Красивые речи, подарки, а потом номер в отеле, чтобы закрепить результат, — он нарвался на сраного маньяка. Странная выходит компания, — наемный убийца и психопат. Ну прям шикарно. Собеседник морщится, словно вспомнил что-то неприятное. Передергивает плечом и так сжимает зубы, что видно желваки на загорелом лице. — От тебя это звучит очень грубо. — Мы уже перешли на «ты»? — Фишер проходится вдоль стены. Медленно разворачивается всем корпусом к собеседнику и делает несколько медленных шагов к нему. Скрежет снова раздается где-то сверху, но парень не поднимает головы. Сверкает своими голубыми глазами и внимательно следит за альфой, словно готовиться напасть, как хищник. Шатен на его действия только заговорчески улыбается. Все раздражение вмиг улетучивается, словно такая реакция — именно то, чего он ожидал. Он медленно заводит руку за виднеющийся бок полки. Гул неожиданно раздается со всех сторон. Сал испуганно дергается, оглядывая комнату, но не успевает разглядеть что-то, как его дергает назад и припечатывает к стене. Руки вжимаются в складки мягкой обивки, и он шипит от боли. Странные браслеты больно вжимаются в кисти рук, намертво прижимая его и не давая двигаться. — Я всегда перехожу на «ты» со своим моделями. Ведь мы будем очень близки. А сейчас пора перекусить, — Альфа широко улыбается ему, оголяя острые клыки. Темное родимое пятно под глазом смещается, и запах срубленных деревьев оседает густой слюной во рту.

***

Сколько точно прошло времени с момента его попадания в это чудное место он не знает, но внутренние часы подсказывают, что прошла уже не одна неделя. И чем дольше он тут находился, тем отчетливей становился призрак надвигающегося ужаса. Этот альфа ничего не хотел. Ни денег, ни информации, даже не собирался предлагать работу. Он просто приходил три раза в день. Помогал умываться, есть, ходить в туалет и рисовал. Постоянно. Подолгу. Замирал в одной позе, как можно дальше от Фишера, и, склонившись над своим альбомом, без конца стрелял глазами. И спрятаться от этого взгляда было невозможно. Поэтому Сал мужественно терпел. Сжимал зубы и смотрел в ответ, скрывая свою тревогу под толстым слоем напускной уверенности и вызова. Лучше бы он попал в плен под пытки какой-нибудь группировки или правительства. От них хотя бы знаешь, чего ожидать. А этот странный парень, глядящий на него порой обезумившим, замутненным взглядом, нагонял настоящий ужас. Да. Фишер боялся. Где-то на подсознательном уровне. Глубоко внутри него всё естество кричало и билось в страхе, распространяя дрожь по коже. Что-то животное было в этом человеке. Жуткое, необузданное и совершенно безумное. На часть из возникших в его голове вопросов со временем он получил ответы. Его личного психопата-похитителя звали Ларри. Он вежливо представился через день, настойчиво интересуясь именем своего собеседника. Фишер подыгрывал. Как всегда водилось — страх неизведанного перерос в азарт. В конце концов, его ли пугать смертью. А вероятность того, что он сможет выбраться, достаточно мала. С телом того мальчишки разбирался сам альфа. Он достаточно эмоционально поделился своим впечатлением от проведенного с ним времени. Благодаря этому же разговору он узнал, что маньяк — не просто парень с улицы, а настоящий художник. Ни с чем не сравнить запах густой масляной краски и запекшейся крови. Как быть ему быть в этой ситуацией — не понятно. Каких-то возможных вариантов побега он так и не смог придумать. А тем временем день начала течки все приближался. Сал чувствовал это. Конечно, он старался отсчитывать дни после того, как очнулся тут, внимательно отслеживая еду, которую ему приносил Ларри, да и сам парень был отличным мерилом. Он никогда не приходил во вчерашнем. Всегда только чистая и опрятная одежда, хоть и принадлежала она категории «домашних вещей». Но вместе с мысленным отсчитыванием дней в теле становилось больше привычного дискомфорта. Иногда ныл низ живота или поясница, ломило шею, и чесался загривок. Течка приближалась. А вопрос, что ему с ней делать здесь, будучи запертым и прикованным в странном подвале, под попечительством съехавшего с катушек альфы, оставался открытым и висел острым лезвием над его головой. Ему нужно что-то придумать. Хоть что-то. Надо как-то спасти свою задницу с минимальными потерями. В одно так называемое утро самый глупый, но, вероятнее всего, действенный план был придуман. После того, как он открыл глаза, увидев уже знакомый темный проем и светлые мягкие стены, голова разболелась особенно сильно. И это было сигналом. Стартом к самым жутким проблемам любого омеги. Тело пылало от жара, а стопы и руки были ледяными. Поясницу тянуло, лопатки сводило, хотелось пить, спать и ненавидеть весь мир. Поднос с завтраком был уже на месте, а это значило, что художник успел навестить его. Он проспал этот момент и даже не почувствовал чужого присутствия. Видимо наступление течки совсем сварило ему мозги. Или… Сал резко поднимается, игнорируя половину своих мыслей. Он знает, к чему они могут привести, и просто выкидывает их из своей головы. Сколько он проспал в итоге, понятно не было. Нужно было дождаться обеда, чтобы вернуть себе порядок возникновения ориентиров. Резко побежали мурашки. Они прошли по его телу теплой волной, растворяясь в районе живота, и оставили после себя странное чувство предвкушения. Запах краски стал отчетливее и с каждым вздохом наполнялся другими ароматами. Старых книг, мокрых улиц и нагретого на солнце сена. Фишер гребет к себе еще больше подушек, собирает все вокруг себя и выстраивает подобие крепости. Запахи заполняют его всего, как и чертово осознание надвигающейся неизбежной концовки. Ему не хватит собственного упрямства и силы воли, чтобы сдержать животное желание, которое уже просыпалось в нем. Он будет ждать, затаившись подобно зверю, поджидающему свою добычу. Они все животные, завязанные на инстинктах. Он сам, и Ларри тоже. Оба зависят от них. Так что — да. Альфе не устоять перед омегой в течке, еще и в замкнутом пространстве. Даже если его лицо очень далеко от модельного, феромоны сделают свое дело. А там: притупить бдительность и действовать. Но он не догадывался, чем это обернется. Внутри его маленькой берлоги мягко и тепло, посторонние запахи почти не мешают. Его феромоны заполнили комнату, и у него даже получается поспать, отгоняя головную боль подальше от себя. Приковывающие его ремни давят на ставшую чувствительной кожу, парень раздраженно чешет кожу у края одного из браслетов. Когда издалека доносится звук хлопнувшей двери, Сал подбирается, трет холодными пальцами затекшую шею и смотрит в образовавшуюся щель между подушками. Когда альфа подходит ближе, первое, что он видит, — не тронутую еду, которую он оставил утром. И только на следующем вздохе он понимает, в чем причина. Запах сладкий цветов и цитрусов скользит по всей комнате. Он проникает в легкие, щекотя внутренние органы. Внизу живота все скручивается в узел. Шатен отставляет заготовленный обед в сторону и осторожно ступает на край мягкого матраса. Конечно, он уже заставал чужие течки и даже, так сказать, принимал непосредственное участие в такие дни. Но почему-то сейчас все по-другому. Запах не выходит из его легких вместе с выдохом, а только сильнее оседает где-то внутри. Он будоражит, затрагивает что-то особенное в его груди. Сердце стучит так сильно, что, приложив руку, он чувствует, как что-то бьется об ребра, словно пытается выбраться из клетки костей. — Если честно, я совсем забыл об этом, — его голос хрипит от напряжения, но этот баритон срабатывает не хуже желанных касаний на теле. Сал глухо стонет, пряча лицо в подушку, и ведет плечами, неосознанно оголяя кожу шеи на спине. Ларри видит эту реакцию и идет еще медленнее, осторожно подбираясь ближе. Это как игра. Нужно подойти максимально близко и одним движением опрокинуть омегу, подминая под себя. Как обычно, просто показав свою заинтересованность, не получится. Этот парень с голубыми волосами совсем не такой, как остальные омеги. Он более острый, как лезвие, которое при неверном обращении может проткнуть тебя на смерть. Поэтому Ларри должен с одного раза доказать, что он сильный альфа. Что он подходит. Фишер внимательно следит за каждым его движением. От запаха заинтересованного альфы между ног становится влажно, а в горле наоборот пересыхает. Он прогибается, словно кошка, готовая к прыжку. Одежда на нем намокла от пота и смазки, и чем больше ткань впитывает, тем больше расширяются зрачки мужчины напротив. Гнездо из подушек ломается, когда Сал начинает шевелиться, осторожно выбираясь оттуда. Все происходит резко. Они оба двигаются, словно по единому сигналу. Сал пытается отпрыгнуть, но Ларри подошел достаточно близко, поэтому ему хватает доли секунды, чтобы наброситься на парня, придавливая его за горло к матрасу. Они рычат друг на друга, как дикие звери, скалятся, показывая клыки. Но не двигаются. Колено Фишера упирается шатену в грудь, не давая склониться еще ниже. А сильная рука, давящая на кадык, не позволяет лишний раз шевелить головой. Они смотрят друг на друга голодными и дикими взглядами. То, что происходит дальше, похоже на безумие. Рассудок и здравый смысл у обоих уходят куда-то на задний план, оставляя после себя только животное желание обладания и получения удовлетворения. Они кусают друг друга, хватают, дергают за волосы, оставляют болезненные поцелуи с синими метками на коже, наполняя комнату стонами, рыком и запахом смешавшихся феромонов. В этом диком угаре они, опьяненные инстинктами, проводят больше недели. И Сал вынужден признать, что ему понравилось, и даже этот изучающий, постоянно любующийся взгляд, который проходится по его обнаженному телу, доставлял ему удовольствие. Во время коротких передышек Ларри поднимается наверх, принося им новую еду и свежую одежду. И в моменты трезвого рассудка они позволяют себе недолгие откровенные разговоры, в одном из которых Джонсон спрашивает, откуда у такого милого парня припрятаны пистолет, нож и леска в рукаве. В тот раз Сал смотрел на него очень долго и внимательно, по путно выводя какие-то линии на чужой смуглой коже спины. И, не смотря на сомнения, он все-таки рассказал. Про семейный бизнес, работу и жизнь в целом. А шатен в ответ вылизывал его ребра и кусал живот, следя за тем, как шевелятся его израненные, покореженные губы. Эта история становится только страннее, когда отношения между ними как-то меняются. Плавно, постепенно, как само собой разумеющееся, они становятся ближе друг к другу. Теперь Ларри иногда оставался, позволяя засыпать под своим боком, или подолгу чрезмерно нежно занимался с Салом сексом потому, что им этого хотелось, а не из-за необходимости.

***

— Сал, — Ларри окликает его, едва ощутимо касаясь плеча, пока тот дремлет, положив голову ему на колени. — Мм? — Омега отзывается вяло, лениво, не открывая глаза, поглаживая чужое колено сквозь свободные штаны темно-апельсинового цвета. — Твой телефон постоянно звонит, и туда приходит много сообщений. Возможно, это твой отец? Номера не подписаны и каждый раз разные. Фишер приподнимается и садится рядом, удивленно смотря на альфу. Тот сейчас кажется таким обычным. Волосы, собранные в пучок, растянутая майка со странным рисунком цветной спирали на груди и этот взгляд. Безумие уже не так открыто видно в нем, оно лишь мелькает, где-то там, на дне, словно рыба, сверкая своей чешуей сквозь толщу воды. — Я думал, ты уже давно избавился от моих вещей, — Сал удивленно поднимает брови и начинает смеяться в ответ на прищуренный взгляд. — Боже! — смех распирает его, и он падает на спину, хватаясь за живот, почти задыхаясь от смеха. — Ты же не собирался оставлять меня в живых, ты должен был давно сжечь это все, а пепел закапать, где-нибудь в Мичигане! Ларри выпрямляет спину и переводит взгляд в сторону, туда, где виднеется темный коридор. Как он мог забыть, что Сал его модель. У него особенная роль, но это не значит, что и сам он особенный. Шатен молча поднимается и уходит, не оглядываясь. Когда его шаги стихают окончательно, Фишер резко перестает смеяться, уставившись задумчивым усталым взглядом в потолок своего маленького мира. Их странная жизнь становится еще страннее. Альфа психически болен, Сал понимает это. Но тот так очарователен в своем безумии. Он так душевно рассказывает про свои картины. Каждую работу он описывает так, словно это была вся его жизнь. Фишер знает, он — его очередная натура, однажды Джонсон придет за ним, чтобы увести отсюда, и в эту комнату, в этот дальний уголок, омега больше не вернется. Потому что он станет частью коллекции, частью жуткого и прекрасного искусства. Потому что он видит, как на него смотрят, и прекрасно понимает, чем закончится эта история. Альфа не спускается к нему в привычное время, и на следующий день его тоже нет. Но после сна Сал всегда находит жареные тосты и яблоки. Его не оставляют голодать, и это даже приятно, хоть и вызывает странную жалость к самому себе. Предчувствуя долгожданную развязку, Сал не чувствует ожидаемого страха. Только грусть и тоску. Ему понравилось то, как проходили последние дни. Несмотря на определенные обстоятельства, они были потрясающими. Он уже и не помнил, когда последний раз чувствовал себя так спокойно, как рядом с этим сумасшедшим художником. А, может быть, это просто стокгольмский синдром, и сам он уже тоже поехал крышей. Но кто вообще нормальный в этом мире, и что такое нормально? Для его семьи убивать людей ради денег — это нормально. Для Ларри нормально убивать ради удовольствия и искусства. Так что нормально — не совсем корректная рамка для определения нравов, вкусов и жизни в целом. Быть может, если бы они встретились при других обстоятельствах… Они бы просто познакомились, ходили на свидания и делали другие романтические штучки, и в концовке, возможно, стали бы парой. Парой. Сал касается своей шеи, проводя пальцами по загривку. Ларри не кусал туда, даже руками не касался этого места. Наверное, это и к лучшему, если бы это произошло даже по случайности, Фишер жалел бы свою никчемную жизнь еще сильнее. Шаги раздаются совсем рядом, и Сал прячет голову между коленями, давая себе лишнюю пару секунд на и так растянувшееся принятие. Когда он наконец поднимает голову, Ларри стоит прямо перед ним в длинной пестрой тунике без рукавов и абсолютно босой. Омега поднимается, выпрямляясь во весь рост, приветственно улыбается и спокойно ждет окончания этой истории. Джонсон заводит свои руки ему за спину, не разрывая зрительного контакта, и через пару секунд его уже ставшие родными оковы спадают, отпуская крепления ремней и оставаясь болтаться на стене позади него. Альфа берет его за руку и, шепча одними губами «пойдем», выводит его прочь. Темный коридор оказывается подобием склада с множеством манекенов, вешалок с различной одеждой, коробками и бочками. Они проходят мимо всего этого, не спеша поднимаются по лестнице и выходят в просторную комнату. В ней стеклянные двери и окна за место двух стен, различной высоты подиумы и мольберты с большими, просто гигантскими холстами, стоящими в каком-то специальном деревянном шкафу. Фишер находит это место очень красивым и уютным, хоть прозрачная толстая пленка настила под его ногами и заляпана высохшей краской со знакомыми алыми разводами. Его волос касается свежий ветер, который проскальзывает в комнату через раскрытые на распашку окна и двери, и омега вздыхает, наслаждаясь свежим воздухом. Ни с чем не сравнить запах густой масляной краски и запекшейся крови. Они останавливаются у маленького диванчика, на котором, скрючившись, лежит какой-то мальчишка. Его блондинистые волосы выгорели на солнце и кое-где даже побелели. Смуглая кожа частично покрыта белым неровным рисунком, и только спустя минуты Сал понимает, что у парня витилиго. На нем такая же одежда, как и на Фишере, и, в отличие от него, она ему в пору. Омега не оборачивается на художника, когда тот подходит к нему со спины. Он не дергается в момент, когда чужие руки в пару движений отстегивают браслеты с запястий, и те со стуком падают на пол у его ног. Он только прерывисто вздыхает, когда альфа касается губами его оголенного плеча. — Его зовут Диего, но все его зовут его просто Ди. Он приехал в этот город из приюта в удаленном уголке Миссури. Он бета, ему недавно исполнилось девятнадцать, и он всем сердцем хотел иметь однотонный цвет кожи, — горячий шепот обдает его ухо, когда Джонсон поднимает голову и скользит языком по шее. — Не понимаю, почему люди не видят, насколько они прекрасны. Посмотри на него Сал, разве ты не находишь его красивым? Если безумием можно заразиться, то эта бактерия уже давно попала в его организм и пустила там свои гены по клеткам. Фишер никогда раньше не обращал внимания на то, как выглядят другие. Он прекрасно знал о своих недостатках, но совсем не искал их в окружающих. Он просто жил, выполняя свою работу. Так почему сейчас, выбравшись наконец из того постоянно освещенного угла, наступив на твердый пол, а не на мягкий прогибающийся матрас, он вдруг резко начал обращать внимание на то, что происходит вокруг? Дьявол в деталях. Так говорят верно? Вот оно Сал. Пути назад нет. Наступила развязка вашей странной истории. — Да. Я думаю, он красивый, — Ларри берет его руку и целует пальцы, прижимаясь щекой к его бледной коже. — Да, Сал. Я так рад, что ты понимаешь это, — художник и правда довольно улыбается, сверкая своими темными глазами. Это безумие и оно уже вырвалось на волю. — Я сделаю его еще красивее, Сал. Он будет великолепен. Люди будут смотреть на него и восхищаться. Ты ведь поможешь мне, Сал? Он слегка поворачивает голову и чувствует дыхание на своих губах. Глаза напротив переливаются и сверкают в лучах утреннего солнца. В них сидит больной блеск, Фишер понимает это. Альфа перед ним — сумасшедший. Он похищает людей для своих картин и убивает их, превращая тела в произведения искусства, чтобы потом нарисовать это все. Но омега действительно находит это прекрасным. Голубые волосы щекочут шею и лезут в глаза, но Сал не спешит поправлять их. Он замер, как статуя, ломаясь и собираясь вновь, выкидывая и добавляя какие-то детали. В своем мире, в самом себе. Язык Джонсона проходится по его шее, и весь мир с его странными нормами и моралью отходит куда-то на задний план. Его безумная история началась слишком давно. Вся его жизнь — сплошное безумие. Почему бы и его любви не быть такой же? — Да, — одно короткое слово решает все, но его голос не дрогнул, даже когда он увидел подрагивающие веки лежавшего без сознания парня. Острые зубы впились в основание шеи, и Сал не сдерживает вскрика, который перерастает в возбужденный протяжный стон.

Лучшие и худшие серии «Любовь, смерть и роботы»

На Netflix вышла антология «Любовь, смерть и роботы» — сборник мультфильмов для тех, кто вырос на фантастике, комиксах и видеоиграх. «Веселая карусель» встречает «Черное зеркало» под присмотром Дэвида Финчера и Тима Миллера, где нашлось место даже русским художникам и сибирским монстрам. «Афиша Daily» расставила все серии от худшей к лучшей.

«Ледниковый период» («Ice Age»)

Это наполовину даже не анимация, а вполне настоящая короткометражка с актерским дуэтом Тофера Грейса («Черный клановец») и Мэри Элизабет Уинстед («Кловерфилд, 10»). Но между ними за восемь минут хронометража не складывается особой химии, хотя серию снял сам создатель сериала Тим Миллер («Дэдпул»). Судя по всему, в кадре нарисована только мини-цивилизация, которую пара обнаруживает в своем холодильнике. Хотя у эпизода отличная завязка (якобы замороженного мамонта можно обнаружить с бокале с виски), но диалоги персонажей и развитие сюжета настолько неуклюжи, что в итоге они ни к чему не приводят.

«Свалка» («The Dump»)

Неплохо озвученная (например, есть голос Гэри Коула), но нарисованная в не лучших традициях 2000-х история про жителя свалки по короткому рассказу писателя Джо Р.Лансдейла (серия книг «Хэп и Леонард»). Дурнопахнущий анекдот с одним простым фантастическим сюжетным поворотом. Только перестрелка без штанов вытягивает этот мусорный эпизод, но, с другой стороны, сценами с участием первичных половых признаков наружу может похвастаться почти любая серия этого шоу.

«Альтернативные истории» («Alternate Histories»)

Простенько нарисованный коротыш, развивающий избитую идею о том, что случилось бы, если бы история повернулась в другую сторону. Все это оформлено в виде приложения Multiversity, позволяющего смотреть возможные варианты развития исторических событий. Например, увидеть шесть дурацких версий смерти Адольфа Гитлера в юности и то, что этот факт все равно не приведет ни к чему хорошему. Пошутили про фашистов в сто первый раз — сюда же добавили шутку про Путина, который мог бы стать первым человеком на Луне вместо Армстронга.

«Когда захватил йогурт» («When the Yogurt Took Over»)

Еще одна маленькая фантазия от тех же режиссеров, что и про Гитлера, и тоже с максимально идиотской идеей: а что если бы президентом США стал йогурт. То есть буквально — кисломолочный продукт научился выражать свои мысли и постепенно захватил власть. Звучит смешно, но этой идеи хватает ровно на пять минут.

«Слепое пятно» («Blind Spot»)

Внезапно серия от российской команды! Аниматор из Петербурга Виталий Шушко и художница Елена Волк сделали короткометражку в духе мультсериалов про роботов, которые в России 90-х дети так любили смотреть по телевидению. Проще говоря, чисто развлекательная войнушка с киборгами, погоней и ограблением, как в старые добрые времена. К тому же в конце смешно обыгрывающая детскую идею, что в мультиках не стоит переживать за жизнь роботов. Один из самых добрых выпусков антологии с приятной дружеской атмосферой.

«Рыбная ночь» («Fish Night»)

Еще одна адаптация еще одного рассказа Джо Р.Лансдейла в данной антологии. Эпизод о застрявших на дороге коммивояжерах поначалу увязает в диалогах и не очень четкой анимации, но завершается невероятно красивыми флуоресцентными сценами с подводными обитателями, ради чего все и затевалось. «Рыбную ночь» поставил польский аниматор Дамиан Ненов, обладатель премий «Гойя» и Европейской киноакадемии за лучший анимационный фильм 2018 года («Еще один день жизни»).

«Счастливчик 13» («Lucky 13»)

13-й эпизод, который длится 13 минут и рассказывает про самый невезучий боевой летающий корабль, чей позывной начинается и заканчивается на несчастливое число тринадцать. Здесь приятная фотореалистичная анимация от Sony Pictures Imageworks, за слоями которой узнаются черты актрисы Самиры Уайли. Она играет пилота-новобранца, желающего несмотря ни на что произвести успешную операцию на злополучном корабле. Именно за счет этой особой эмоциональной связи с кораблем этот мультфильм смотрится на одном дыхании.

«Рука помощи» («Helping Hand»)

Анимационная мини-«Гравитация». Снова из‑за космического мусора девушку-астронавта уносит в темные дали, но благодаря удивительной смекалке и каламбуру, который обыгрывается в названии, ей удается спастись. Спасибо за ошеломительный космос и безумные лайфхаки, которые бы пригодились и Джорджу Клуни в «Гравитации», и Миронову во «Времени первых».

«Костюмы» («Suits»)

Хорошо рассказанная история про фермеров, которые при помощи своих механических костюмов охраняют грядки и пастбища от инопланетных тварей. Как и «Слепое пятно», эпизод тоже ориентирован чисто на экшен в классическом стиле, но в серии круто прописаны персонажи, поэтому быстро начинаешь вникать в их мир и характеры. Захотелось даже увидеть продолжение в виде мини-сериала в стиле реднек-фантастики.

«За разломом Акилы» («Beyond the Aquila Rift»)

Экранизация рассказа фантаста Аластера Рейнольдса, демонстрирующая всю мощь реалистичной анимации в стиле игровых кусков из современных видеоигр, когда актеры выглядят как живые, но все-таки еще нет. Выглядит это довольно пугающе, кажется, этот эффект называется «зловещей долиной», когда твоему мозгу неуютно различать — это все-таки живое или нечто андроидное. Особенно наводит на размышления о будущем индустрии пылкая сцена секса между трехмерными моделями с лицами актеров. Несмотря на чудеса картинки, здесь довольно предсказуемый фантастический сюжет про застрявший в ловушке космический корабль.

«Свидетель» («The Witness»)

Эпизод с самым ярким художественным стилем, безупречным звуковым дизайном и лучшим монтажом во всей антологии. Дерзкая история про убийство и свидетельницу сразу же привлекает внимание и уводит в свои странные закоулки с граффити и городскими пейзажами. По идее это чем‑то похоже на классическую арт-фантастику «Взлетная полоса» Криса Маркера, но только с ожившими кадрами и неогейшами.

«Оборотни» («Shape-Shifters»)

Сильная история про солдат-оборотней, допускающая условность, что их взяли в американские войска в Афганистане. Необычный заход, поднимающий вопросы дедовщины и пушечного мяса с помощью метафоры про людей-волков. Фотореалистичная анимация, иногда хромающая, когда дело касается лицевых деталей, но зато выгребающая за счет отличной хореографии вроде смены перспективы от первого лица или искусной схватки мохнатых монстров в финале. Кстати, если пересматривать эпизод, то можно заметить главных злодеев в самой первой сцене, что доказывает внимание к деталям в серии.

«Секретная война» («The Secret War»)

Сериал неожиданно замыкается на патриотической ноте про советских солдат, как если бы Министерство культуры РФ вдруг поддерживало фильм про ксеноморфов в Сибири. При этом мультик создала венгерская студия, специализирующаяся на роликах к видеоиграм. «Секретная война» действительно выглядит как хорошо прорисованная игра про Красную армию, которая сражается с древним оккультным злом в таежных лесах. Конечно, не обходится без стереотипного набора водки, балалайки и чукчи, но зато у эпизода внятные персонажи, проработанный сюжет и структура. Плюс один балл за интерес к России поднимает этот эпизод в нашем рейтинге.

«Три робота» («Three Robots»)

Прекрасный пример остроумного юмористического эпизода, который честно признается, что мы не покажем вам ничего нового («все постапокалиптические города выглядят одинаково»), но продемонстрируем все это с точки зрения трех выживших роботов. Не по-человечески злая ирония этой троицы — Труса, Балбеса и Бывалого от робототехники, — конечно, дорогого стоит. Кроме того, продолжающаяся тема фантастических кошек, подхваченная «Капитаном Марвел». Вообще, в сборнике Миллера и Финчера мелькает так много хвостатых, что сериал стоило бы назвать «Любовь, смерть и котики».

«Поглотитель душ» («Sucker of Souls»)

В этом эпизоде нет ни роботов, ни любви, зато есть много крови и монстров, которых обнаруживают археологи. Подкупают юмор и симпатичная ручная отрисовка, особенно хитро использованная в сценах смерти. И снова кошки!

«Хорошей охоты» («Good Hunting»)

Мультфильм про китайского механика, который нашел связь с духами и механизмами. Кажется, что эпизод разваливается на два разных фильма: про сына — охотника за женщинами-лисами и его взрослую жизнь в стимпанковском Гонконге. На самом деле это полновесная работа с прологом о том, как главный герой в детстве столкнулся с женскими метаморфозами, а потом мир отобрал эту возможность, но в конце женская магия снова вернулась — уже при помощи технологий. Плюс, конечно же, симпатичная классическая 2D-анимация, которая высоко ценится в данном рейтинге.

«Надлом Сонни» («Sonnieʼs Edge»)

Захватывающий эпизод, который сразу предлагает лучшее, что могут предложить словосочетание «Любовь, смерть и роботы» и современная анимация. Только вместо роботов тут гигантские монстры, которых используют в качестве аватаров в подпольных боях. Весь сюжет крутится вокруг озлобленной на мир героини, эдакой Элизабет Саландер из мира киберпанка. По-настоящему драматический и эффектный бой, достойный лучших сцен «Тихоокеанского рубежа».

«Зима Блю» («Zima Blue»)

Дзен-шедевр от знаменитого аниматора Роберта Вэлли, который делал клипы для группы Gorillaz и даже номинировался на «Оскар». Философский трактат о художнике-аскете, который достиг вселенского робопросветления, увидел особый смысл в голубом прямоугольнике и решил явить миру свою последнюю работу. Самый осмысленный, емкий и увлекательный эпизод в сериале со своим почерком. Доктор Манхэттен из «Хранителей» одобряет это первое место.

Дело Сэмюэля Литтла: портреты жертв, нарисованные убийцей

Автор фото, FBI

Подпись к фото,

В ФБР надеются, что рисунки Литтла помогут идентифицировать жертв преступника

Федеральное бюро расследований США опубликовало рисунки заключенного — 78-летнего Сэмюэля Литтла, отбывающего пожизненный срок за убийства. На рисунках — портреты его жертв.

Литтл был осужден на пожизненное заключение за три убийства, однако он утверждает, что в общей сложности убил 90 человек за 35 лет.

В ФБР надеются, что нарисованные Литтлом портреты помогут в идентификации жертв его преступлений.

Литтл совершал убийства в период с 1970 по 2005 год. Первое убийство датируется 1970-м или 1971-м годом. Тогда Литтл убил белую женщину во Флориде.

По данным следователей, как правило, его жертвами становились социально незащищенные женщины из маргинализированных слоев населения: проститутки, наркозависимые.

Тела жертв Литтла в некоторых случаях не были идентифицированы, а дела об их убийствах не были расследованы.

Судя по признательным показаниям заключенного, если его вина подтвердится, Литтл может оказаться самым кровавым серийным убийцей в истории США, говорят в ФБР.

Автор фото, FBI

Подпись к фото,

«Белая женщина, убитая в 1984 году. Встретил жертву в городе Колумбус, штат Огайо. Избавился от тела где-то в Северном Кентукки»

Будучи неплохим боксером, Литтл обычно нокаутировал своих жертв, а затем душил. Поэтому зачастую на телах его жертв не было видимых признаков насильственной смерти.

«У них не было ножевых или огнестрельных ранений, поэтому многие из этих смертей не рассматривались как убийства, а связывались с передозировкой наркотиками, квалифицировались как несчастные случаи или как смерть, наступившая по естественным причинам», — говорится в докладе ФБР, который был составлен в ноябре прошлого года.

Сейчас следователи надеются, что рисунки Литтла помогут им идентифицировать его жертв и поставить семьи убитых в известность о произошедшем.

Автор фото, FBI

Подпись к фото,

«Белая женщина 20-25 лет, убитая в 1972 году. Вероятно, жертва из Массачусетса»

Автор фото, FBI

Подпись к фото,

«Чернокожая женщина, 26 лет, убита между 1976-1979 годами. Встретил жертву в городе Сент-Луис, штат Миссури. Вероятно, жертву звали Джо»

«Самый страшный убийца за всю историю США»

Хотя Литтл был признан виновным в трех убийствах, в ФБР считают, что число совершенных им тяжких преступлений гораздо выше.

Литтла впервые задержали в 2012 году в приюте для бездомных в штате Кентукки и экстрадировали в Калифорнию. Тогда его заподозрили в преступлении, связанном с наркотиками.

Когда он находился под стражей в Лос-Анджелесе, ему сделали анализ ДНК. Полученные результаты показали, что он может быть связан с тремя нераскрытыми убийствами, произошедшими в Калифорнии в период с 1987 по 1989 год. Все эти преступления были совершены на территории округа Лос-Анджелес.

В суде Литтл утверждал, что невиновен, но суд все же признал его вину и приговорил к трем пожизненным заключениям без права на помилование.

Автор фото, FBI

Подпись к фото,

«Чернокожая женщина в возрасте 28-29 лет, убита в 1984 году. Познакомился с жертвой в Мемфисе, штат Теннесси»

Автор фото, FBI

Подпись к фото,

«Чернокожая женщина в возрасте 25-28 лет, убита в 1976 — 1979 годах или в 1993-м; Хьюстон, Техас»

Три жертвы, за убийство которых он отбывает наказание, были избиты, а затем задушены. Их тела нашли в разных местах — на свалке, в гараже и на улице.

Как выяснилось, Литтл уже и ранее был судим в разных штатах США за ряд преступлений — от вооруженного ограбления до насилия.

Дело Литтла было передано в отдел ФБР, занимающийся предупреждением насильственных преступлений (ViCAP).

ViCAP изучает и анализирует дела серийных преступников, совершающих особо тяжкие преступления.

В задачи ViCAP входило составить детальное досье на Литтла. В итоге сотрудники отдела пришли к выводу, что три убийства в Лос-Анджелесе, за которые осужден Литтл, были очень похожи на ряд нераскрытых убийств, совершенных в основном в 1970-х гг. в других штатах.

Автор фото, FBI

Подпись к фото,

«Чернокожая женщина 35-45 лет, убитая в 1977 году. Встретил жертву в городе Галфпорт, Миссисипи. Жертва, вероятно, из города Паскагула, штат Миссисипи. Вероятно, жертва работала на судостроительной верфи компании Ingalls Shipbuilding»

Автор фото, FBI

Подпись к фото,

«Чернокожая женщина, убитая в период с 1976 по 1977 год. Избавился от тела где-то за пределами города Уичито-Фолс»

Криминалист Кристина Палаццоло говорит, что вскоре следователи ФБР наткнулись на нераскрытое дело об убийстве в Одессе (штат Техас). Обстоятельства преступления очень напоминали почерк Литтла. Позже следователям удалось установить, что в то время, когда было совершено убийство, Литтл как раз находился в Техасе.

Весной прошлого года следователи допросили Литтла, надеясь получить больше информации. Зная о том, что он не хочет оставаться все время в одной тюрьме, они уговорили его пойти на сделку: если он заговорит, его переведут в другую тюрьму.

Давая показания следователям, он рассказывал обо всех убийствах, совершенных в каждом городе. «Джексон, Миссисипи — одно; Цинциннати, Огайо — одно; Финикс, Аризона — три; Лас-Вегас, Невада — одно», — цитируют показания Литтла следователи. 34 убийства из 90, в которых признался осужденный, следователи ФБР смогли подтвердить.

Из показаний Литтла следует, что он детально помнит и своих жертв, и сами убийства — где он находился, на какой машине ездил. При этом на даты у него оказалась не такая хорошая память — Литтл путается даже в годах, что сильно затрудняет идентификацию жертв и проверку фактов.

Сотрудники ФБР продолжают допрашивать Литтла и собирать нарисованные им портреты его жертв.

Фалетти Джорджио — Нарисованная смерть аудиокнига слушать онлайн audio-kniga.com.ua


Серия:

Без серии

Добавлено:

12.09.2021

Фалетти Джорджио — Нарисованная смерть краткое содержание

Фалетти Джорджио — Нарисованная смерть — описание и краткое содержание, исполнитель: Герасимов Вячеслав, слушайте бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки audio-kniga.com.ua

«Врач пришел» — эти странные, зашифрованные цифровым кодом слова полицейские находят над телом модного художника и прожигателя жизни Джерри Хо. Слова — подсказка. Убийца начинает зловещую игру — тело жертвы он располагает в характерной позе одного из героев всемирно известного комикса Чарльза Шульца «Мелюзга» и предлагает угадать, кто из знаменитостей удостоится чести назваться следующим персонажем. Именно знаменитостей, так как убитый авангардист Джерри Хо был не простым смертным, а сыном всемогущего мэра Нью-Йорка Кристофера Марсалиса. Лишь два человека могут остановить безумца — брат мэра, в прошлом лучший нью-йоркский сыщик Джордан Марсалис, и комиссар итальянской полиции в отставке Морин Мартини. Сама судьба сводит их вместе для этого расследования. Они принимают правила игры.

Фалетти Джорджио — Нарисованная смерть слушать онлайн бесплатно

Фалетти Джорджио — Нарисованная смерть — слушать аудиокнигу онлайн бесплатно, автор Фалетти Джорджио, исполнитель Герасимов Вячеслав

Похожие аудиокниги на «Фалетти Джорджио — Нарисованная смерть»

Аудиокниги похожие на «Фалетти Джорджио — Нарисованная смерть» слушать онлайн бесплатно полные версии.

Фалетти Джорджио слушать все книги автора по порядку

Фалетти Джорджио — все книги автора в одном месте слушать по порядку полные версии на сайте онлайн аудио библиотеки audio-kniga.com.ua

Фалетти Джорджио — Фалетти Джорджио — Нарисованная смерть отзывы

Отзывы слушателей о книге Фалетти Джорджио — Нарисованная смерть, исполнитель: Герасимов Вячеслав. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.

Джорджо Фалетти «Нарисованная смерть»: chto_chitat — LiveJournal


О чем: «Врач пришел» — эти странные, зашифрованные цифровым кодом слова полицейские находят над телом модного художника и прожигателя жизни Джерри Хо.
Слова — подсказка.
Убийца начинает зловещую игру — тело жертвы он располагает в характерной позе одного из героев всемирно известного комикса Чарльза Шульца «Мелюзга» и предлагает угадать, кто из знаменитостей удостоится чести назваться следующим персонажем. Именно знаменитостей, так как убитый авангардист Джерри Хо был не простым смертным, а сыном всемогущего мэра Нью-Йорка Кристофера Марсалиса.
Лишь два человека могут остановить безумца — брат мэра, в прошлом лучший нью-йоркский сыщик Джордан Марсалис, и комиссар итальянской полиции в отставке Морин Мартини. Сама судьба сводит их вместе для этого расследования.
Они принимают правила игры.

Пролог загадочен и ни о чем не говорит, да и, если честно, с первого эпизода я затруднилась сказать, нравится ли мне прочитанное — чокнутый наркоман-художник, творящий искусство довольно замысловатым способом. .. как-то не проняло. Однако преступление не заставило себя долго ждать и я втянулась.

Книга оказалась довольно интересной, хотя и не без недостатков.
Эпизоды из жизни персонажей и внимание к их ощущениям, с одной стороны, оживляют роман, передают настроение и атмосферу, помогают вжиться в повествование, но с другой стороны, не все их этих описаний играют какую-то роль в сюжете, как что от части из них вполне можно было отказаться в пользу большей динамичности.

Стиль местами слишком претенциозный, но в целом неплохой, кое с чем автор явно намудрил и непонятно зачем, например, осложнять триллер душевными терзаниями главгероя и его физически нестандартной подруги совершенно ни к чему.

Кровавых и жутких описаний нет, но и совсем деликатным этот детектив не назовешь, он где-то посередине. Сюжет интересен, серийные убийцы в литературе — моя слабость, а тут еще и сдвиг неведомого маньячины на комиксах, а не на блондинках в красных туфлях, как у его покойной мамочки — оригинальность приветствуется! — так что становится интересна не только личность убийцы, но и его мотивация: он просто свихнулся или вся эта безумная эскапада что-то значит?

В романе присутствует немного мистики, это поворачивает повествование в неожиданном направлении, что является плюсом.

Как частенько бывает, ключ ко всей истории прячется в прошлом, и именно этим — копанием в делах минувших дней — занимаются отставной лейтенант полиции Джордан (вынужденный покинуть должность по личным причинам, а теперь по настоянию брата — мэра Нью-Йорка — взявшийся за расследование) и комиссар итальянской полиции Морин, немало пережившая в последнее время. Кстати, личная трагедия Морин, столь реалистично расписанная автором впечатлила меня едва ли не больше основной линии преступления.

В целом роман неплох, и в процессе чтения мне было интересно, однако по окончании не осталось ощущения чего-то особенного, ну книга и книга, ну прочла и прочла. Хотя концовка понравилась, особенно финальный штрих касаемо отмщения за бедствия Морин.

14 картин на тему смерти в искусстве

В этой статье рассматриваются 14 знаменитых картин на тему смерти в искусстве. Леонардо да Винчи когда-то сказал, что Искусство никогда не умирает, оно лишь заброшено. Такие художники, как он, могут отказаться от искусства только после смерти.

Искусство никогда не умирает, оно постоянно совершенствуется. Итак, ниже представлены самые известные картины о Смерти в искусстве.

«Погребение Христа». Караваджо

«Погребение Христа». Караваджо

«Погребение Христа», картина, написанная Караваджо между 1603 и 1604 годами.Тема смерти в искусстве — не редкость, но эта картина, считающаяся одним из самых почитаемых произведений Караваджо, — прекрасный пример того, как важны такие глубокие аспекты жизни в изображении ключевых моментов истории. На этой картине тело мертвого Христа несут двое мужчин. Это не погребение, поскольку тело Христа кладут на каменную плиту, а момент скорби, поскольку многие верили, что Бог пришел на землю, чтобы примирить людей с небесами.

Клятва Горациев Жака Луи Давида

Клятва Горациев Жака Луи Давида

Клятва Горати — картина, созданная Жаком Луи Давидом в 1784 году.Эта картина наиболее известна во всем мире своим неоклассическим стилем. Произошел спор между Романом и Альба Лонгой враждующих городов, которые договорились прислать трех лучших воинов из своих городов. На этой картине изображены три брата из римской семьи, приветствующие своего отца, который держит меч.

«Смерть Леонардо да Винчи» Жана Огюста Доминика Энгра

«Смерть Леонардо да Винчи» Жана Огюста Доминика Энгра

«Смерть Леонардо да Винчи», картина, созданная Жаном Огюстом Домиником Энгром в 1818 году.Эта картина представляет один из величайших умов, покоящихся с миром. Король Франции Франциск I держит голову Леонардо да Винчи и произносит его последние слова.

«Смерть Сократа» Жака Луи Давида

«Смерть Сократа» Жака Луи Давида

«Смерть Сократа», картина, написанная Жаком Луи Давидом в 1787 году. Одной из главных особенностей этой картины является то, что она сосредоточена на классических сюжетах. . На ней изображен Сократ, приговоренный к смерти за введение чужих богов и развращение афинской молодежи.

Андромаха, оплакивающая Гектора, Жак Луи Давид

Андромаха, оплакивающая Гектора, Жак Луи Давид

Андромаха, оплакивающая Гектора, картина, написанная Жаком Луи Давидом в 1783 году. Эта картина известна одной из сцен, использованных в античности. На ней изображен Гектор, убитый Ахиллесом. Андромаха — жена, оплакивающая его смерть и утешаемая его ребенком.

Убийца, находящийся под угрозой, Рене Магритт

Убийца, находящийся под угрозой, картина Рене Магритта

Убийца, находящийся под угрозой, картина, созданная Рене Магриттом в 1927 году.Он считается одним из известных театральных произведений бельгийского художника-сюрреалиста Рене Магритта. На картине изображена обнаженная женщина, тело которой лежит на испачканном кровью диване, когда убийцы уже собирались покинуть комнату.

Самолет-убийца Макса Эрнста

Самолет-убийца Макса Эрнста

Самолет-убийца — это картина, созданная Максом Эрнстом в 1920 году. На создание этой картины Макс Эрнст вдохновился событиями Первой мировой войны, в которой он также участвовал в боевых действиях. На этой картине изображен чудовищный нереальный самолет с человеческими руками, летящий над полем.

Христос Святого Иоанна Креста Сальвадора Дали

 

Христос Святого Иоанна Креста Сальвадора Дали

Христос Святого Иоанна Креста, картина, написанная Сальвадором Дали в 1951 году. Испанское правительство получило предложение 127 миллионов долларов за эту картину, но ее отвергли. На эту картину испанский художник получил вдохновение во сне в 1950 году, он увидел точное изображение Христа в цветах, как нарисовано им на этой картине.

«Умирающий лебедь» Владимира Третчикова

«Умирающий лебедь» Владимира Третчикова

«Умирающий лебедь» — картина Владимира Третчикова, написанная в 1949 году.Эта картина также известна во всем мире под названием «Алисия Маркова, умирающий лебедь». Алисия Маркова была милой балетной девушкой, исполнившей знаменитую роль Умирающего лебедя. Южноафриканскому художнику понравилось ее выступление, и он решил нарисовать ее.

Сюрреалистический мир Сальвадора Дали

Погребение Микеланджело

Погребение Микеланджело

Погребение — картина, созданная Микеланджело между 1500 и 1501 годами. Это незаконченная картина итальянского художника, который собирался изобразить помещение тело Христа в садовой гробнице через Погребение.

Физическая невозможность смерти в сознании живущего Дэмиена Стивена Херста

Физическая невозможность смерти в сознании живущего Дэмиена Стивена Херста

Физическая невозможность смерти в сознании живущего — произведение искусства — возможно одна из лучших современных инсталляций на тему смерти в искусстве, созданная Дэмиеном Стивеном Херстом в 1991 году. Она известна своим истинным образцом современного и концептуального искусства. Мертвая акула-убийца хранится в резервуаре, наполненном формальдегидом.

Ликторы приносят Бруту тела его сыновей Жак Луи Давид

Ликторы приносят Бруту тела его сыновей Жак Луи Давид

Ликторы приносят Бруту тела его сыновей — картина, созданная Жаком Луи Давидом в 1789 году. Многие историки полагали, что первоначальное название этой картины было Брут, возвращающийся домой после того, как приговорил своих сыновей за заговор против тарквинийской реставрации и заговор против римской свободы. Ликторы сожгли их тела, чтобы похоронить. Ликторы остаются одним из величайших примеров смерти в искусстве.

Леонид в Фермопилах Жака Луи Давида

Леонид в Фермопилах Жака Луи Давида около пятнадцати лет для Леонида в росписи Фермопил. На этой картине изображен спартанский царь Леонид, готовящийся к битве перед битвой при Фермопилах.

Откуда мы пришли? Кто мы? Куда мы идем? Поль Гоген

Откуда мы пришли? Кто мы? Куда мы идем? Поль Гоген

Откуда мы пришли? Кто мы? Куда мы идем? картина, созданная Полем Гогеном между 1897 и 1898 годами.В верхнем левом углу этой картины есть оригинальное название, написанное на французском языке как D’où Venons Nous / Que Sommes Nous / Où Allons Nous. По мнению французского художника, эту картину следует читать справа налево, а не слева направо.

Триумф смерти — Коллекция

Библиография +

Inventario General de las Pinturas, Alhajas y Muebles, которые существуют в эль-Реаль Паласио-де-Сан-Ильдефонсо. , Мадрид, 1774, стр. 135.

Inventario de Fernando VII, Real sitio de La Granja de San Ildefonso , Мадрид, 1814 г., стр. 50.

Бастелер, Рене Ван, Питер Брейгель L’Ancien.Son Oeuvre et Son Temps , G.Van Oest and Cie., Bruselas, 1907, стр. 32.

Фридлендер, Макс Дж., Питер Брейгель , Im Propylaen, Берлин, 1921, стр. lám.52.

Глюк, Густав, Bruegels Gemalde , Anton Schroll & Co. , Вена, 1932, стр. 43, 44.

Ноул, М., Сотомайор, Ф., Мугуруса, П., Шеф-повара музея Прадо , Музей искусства и истории, Джинебра, 1939, стр. 32.

Форе, Эли, Historia del arte , Editorial Poseidon, Буэнос-Айрес, 1944, стр. 265, 268.

Tüngel, Richard, 400 Jahre Kunst, Kultur, und Geschichte im Prado , Schweizer Verlagshaus, Zurich, 1964, стр. 66 / lám.26.

Fels, Florent, Eros Ou L’Amour Peintre , Editions du Cap, Montecarlo, 1968, стр. 119.

Поллок, Р.А., Джок Макдональд , Национальная галерея, Барселона, Мадрид, 1968.

Каттлер, Чарльз Д., Северная живопись. От Пуселя до Брейгеля.Четырнадцатый, пятнадцатый и шестнадцатый века , Холт, Райнхарт и Уинстон, Нуэва-Йорк, 1968, стр. 475.

Марле, Раймонд Ван, Иконография профанного искусства эпохи Мойен и эпохи Возрождения , Мартинус Нийхофф, Нуэва-Йорк, 1971, стр.371.

Салас, Хавьер де, Музей Прадо. Catálogo de las pinturas , Музей Прадо, Мадрид, 1972 г.

Мокси, К., Судьбы и Триумф смерти Питера Брейгеля , Уд Холланд, 1973, стр.49-51.

Книппинг, Дж. Б., Иконография контрреформации в Нидерландах: h , De Graff, Leiden, 1974, стр. 80 / lám.74.

Poli, I. de, Bruegel , Editorial Marin, Baecelona, ​​1977, стр. 45.

Genaille, Robert, La rixe de paysans , Jaarboek Koninklijk Museum voor Sxhoone Kunsten Antwerpen / Ежегодник Королевского музея Антверпена, 1980, стр. 90 / лам.19.

Робертс, Кейт, Брейгель , Файдон, Оксфорд, 1981.

Ertz, Klaus, Jan Brueghel Der Altere, 1568-1625 , Dumont Buchverlag, Colonia, 1981, стр.18 / лам.16.

Сотос Серрано, Кармен, Лос-Пинторес-де-ла-Экспедиция Алехандро Маласпина , Королевская академия истории, Нуэва-Йорк; Чикаго, 1981, стр. 170.

Родригес Алеман, Исабель, Эпидемия чумы 1649 года в Малаге , Хабега.Revista de la Diputación Provincial de Málaga, 1985, стр. 19.

Бодсон, М., L’Art et Le Temps. С уважением, Sur la Quatrieme Dimension , Альбин Мишель, Париж, 1985, стр. 7.

Steingraber, Erich, Zweitausend Jahre Europaische Landschaftsmalerei , Hirmer Verlag, Мюнхен, 1985, стр. 149 / lám.70.

Марийниссен, Роджер Х. , Брейгель. Tout L’Oeurvre Peint et Dessine , Fonds Mercator, Amberes, 1988, стр. 195-200.

Fernández Miranda y Lozana, Fernando, Inventarios Reales. Карлос III. 1789-1790 гг. Том. I , Patrimonio Nacional, Madrid, 1988, стр. 68.

Брэм, Х., Рубенс. Картины. Рисунки. Гравюры в Princes Gate Coll , Courtauld Insitute Galleries. Univer, Лондон, 1988.

Balis, A (реж.), La pintura flamenca en el Prado , Ibercaja Fonds Mercator, Amberes, 1989, стр. 107.

Брион, Марсель, L’Art Fantastique , Альбин Мишель, Париж, 1989, стр.54.

Делевой, Роберт Л., Брейгель , Скира, Женева, 1990, стр. 103.

Пуппи, Лионелло, Lo Splendore dei Supplizi. Liturgia delle Esecuzioni Capital , Береника, Милан, 1990, стр. 111.

Национальный музей Прадо, Музей Прадо.Inventario general de pinturas (I) La Colección Real , Museo del Prado, Espasa Calpe, Madrid, 1990, стр. № 1012.

Стехов, Вольфганг, Питер Брейгель Старший , Гарри Н. Абрамс, 1990, стр. 76.

Альберти, Р., Mirar un cuadro en el Museo del Prado , R.T.V.E. y Lunwerg Editores, Мадрид, 1991, стр. 77-80.

Гибсон, Питер Брейгель старший. Два исследования , II, Lawrence, 1991, стр. 53-86.

Веругстрате, Х.Van Schoute, R., «Триумф смерти» Питера Брейгеля Старшего и Питера Брейгеля Младшего. Intellegetur plus semper quam pingitur , Actes du Colloque IX pour l’étude du dessin sous-jacent dans la peinture. Dessin sous jacent et pratiques d’atelier, Louvain-La-Neve, 1993, стр. 213-241.

Коркоран, Джеймс И.W., Триумф смерти Питера Брейгеля Младшего , Museum Mayer Van Den Bergh, 1993, стр. 35-53.

Буэндиа, Хосе Рохелио, Эль Прадо. Colecciones de Pintura , Lunwerg Editores, Барселона, 1994, стр. 394, 400.

Francastel, Pierre, Bruegel , Editions Hazan, Paris, 1995, стр.176.

Далеманс, Рене, Bruegel et Son Temps , Editions ArtisHistoria, Брюссель, 1996, стр. 87.

Бенито Олмос, Аврора, Arte y música en el Museo del Prado , Fundación Argentaria Visor, Мадрид, 1997, стр.96.

Питер Брейгель дер Юнгере, Ян Брейгель дер Альтер: flämis , Лука Верлаг, Эссен, 1997, стр. 76.

Вероугстрате, Х. Ван Шауте, Р., Bruegel et Pétrarque: une évocation de Laure dans le Triomphe de la mort de Pierre Bruegel l’Ancien , Studi di Storia dell ‘arte в честь Марии Луизы Гатти Перер, Милан, 1999, стр. 247-251.

Die Bibel Nach Der Ubersetzung Мартин Лютерс. Mit Meisterwe , Verlagsgeschafte & Co, Штутгарт, 2000, стр.695.

Сильва Марото, Пилар, Пинтура фламенка-де-лос-сиглос XV и XVI: guía , Museo del Prado, Aldeasa, Madrid, 2001, стр. 140-143.

Атеридо Фернандес, Анхель; Мартинес Куэста, Хуан; Перес Пресиадо, Хосе Хуан, Colecciones de pinturas de Felipe V e Isabel Farnesio.Inventarios Reales , II, Fundación de Apoyo de la Historia del Arte Hispánico, Мадрид, 2004 г., стр. 364.

Бозал, Валериано, «Комический, гротескный и смертный». Эль Боско и Брейгель в HISTORIAS MORTALES: LA VIDA COTIDIANA EN EL ARTE , GALAXIA GUTENBERG, Барселона, 2004, стр. 171.

Серебро, L, «Неблагодарные мертвецы: Триумф смерти Брейгеля».Пересмотрите En: , Ashgate, 2004, стр. 265-285.

Барбье Рамос, Елена, Evolución de la zanfonía a través de imágenes , Liño, 12, 2006, стр. 146.

Селлинк, Манфред, Брейгель: полное собрание картин, рисунков и гравюр , Лудион, 2007, стр.176-177.

Пинсон, Йона, Путешествие дураков: миф об одержимости в искусстве Северного Возрождения , Brepols, Turnhout, 2008, стр. 175-200.

Буза, Фернандо, Де-Рафаэль-а-Рибера-и-де-Наполес в Мадриде.Nuevos inventarios de la colección Medina de las Torres-Stiliano (1641-1656) , Boletín del Museo del Prado, XXVII, 2009, стр. 44-71.

Luna, JJ, Guerra y pintura en las colecciones del Museo del Prado. S. XVI a Goya , Arte en tiempos de guerra Jornadas de Arte (14º.2008.Мадрид), 2009.

Веругстрате, Х.Van Schoute, R., Le symbolisme des couleurs chez Bruegel L’ancien et Successeur , В поисках оригинала. Colloque pour l ‘étude du dessin sous-jacent et de la techn…, 2009, стр. 64-78.

Салливан, Маргарет, Брейгель и творческий процесс, 1559-1563 , Ашгейт, 2010, стр. 143-173.

Бозал, Валериано, Питер Брейгель: triunfos, muerte y vida , Abada Editores, 2010, стр.46-66.

Селлинк, Манфред, Брейгель. Полное собрание картин, рисунков и гравюр , Гент, 2011, стр. 110-115.

Сильвер, Ларри, Питер Брейгель , Abbeville Press Publishers, 2011, стр.288-297.

Denunzio, AE, Sulla provinenza de ‘Il trionfo della morte’ Питера Брейгеля il Vecchio: le collezioni di Vespasiano Gonzaga tra Sabbioneta, Napoli e Madrid , Boletín del Museo del Prado, XXIX, 2011, стр. 6-15 [9 ], ил. 2.

Sellink, Manfred, Bruegel в деталях , Ludion, [Бельгия], 2014, стр.19,92-97,170 н.26.

Гонсалес де Сарате, Хесус Мария, Питер Брейгель Triunfo de la Muerte , Brocar, 38, 2014, стр. 145-162.

Перес Пресиадо, Хосе Хуан, »Restituir la paternidad de algunas tablas muy bellas».Sobre las attribuciones históricas de la pintura neerlandesa Antigua en el Museo del Prado (1819-1912). , Болетин дель Музей Прадо, XXXII, 2014, стр. 6, 9, 15, 18, 23.

Hammer-Tugendhat, D, ‘Todes-und Jenseitsimaginationen in der christlichen Kunst’ , Zeitschrift für kultur wissenschaften, 2, 2014, стр.13-28.

Сантос Буесо, Энрике, Oftalmologia en el Museo del Prado , Gertograf, 2015, стр. 60.

Sellink, Manfred, »El triunfo de la Muerte’ y ‘El vino de la fiesta de San Martin»: Dos obras maestras del Museo del Prado’ En: , Fundación Amigos del Museo del Prado: Círculo de lectores, Мадрид , 2017, с.165-181.

Pénot, S, ‘Питер Брейгель старший. Триумф смерти ‘En: , Bruegel: The Hand of the Master, KHM-Museumsverband, 2018, стр. 162-167 n.60.

Перес Пресиадо, Х.J, «Antes morir que discutir». Sobre las atribuciones históricas de lapintura neerlandesa antigua en el Museo del Prado (1912-33)’ , Boletín del Museo del Prado., XXXVII 55-57, 2019-2021, стр. 190-211 [207].

Гроссманн, Ф., Брейгель: полное издание картин , Phaidon Pres, Лондон, стр.191 / лам. 20-29.

Visser, MJC, Питер Брейгель. Een Nieuwe Interpretatie , De Walburg Pers, Zutphen, стр. 51.

Ллойд, Бенджамин, Нидерландский художник как социальный критик , Арканзасский университет, Литл-Рок.

Жизнь Джорджа Вашингтона Христианская смерть // картина Стернса; лит. Ренье, имп. Лемерсье, Париж.

Библиотека Конгресса не владеет правами на материалы в своих коллекциях. Поэтому он не лицензирует и не взимает плату за разрешение на использование такого материала и не может предоставлять или отказывать в разрешении на публикацию или иное распространение материала.

В конечном счете, исследователь обязан оценить авторские права или другие ограничения на использование и получить разрешение от третьих лиц, когда это необходимо, прежде чем публиковать или иным образом распространять материалы, найденные в коллекциях Библиотеки.

Информацию о воспроизведении, публикации и цитировании материалов из этой коллекции, а также о доступе к оригинальным материалам см. в: Коллекция популярной графики — Информация о правах и ограничениях

  • Консультант по правам : Нет известных ограничений на публикацию.
  • Репродукционный номер : LC-USZC4-10341 (прозрачная цветная пленка) LC-USZ62-3917 (черно-белая копия на пленке, отрицательная.)
  • Телефонный номер : PGA — Ренье — Жизнь Джорджа Вашингтона (размер D) [P&P]
  • Консультативный доступ : —

Получение копий

Если отображается изображение, вы можете загрузить его самостоятельно. (Некоторые изображения отображаются только в виде эскизов за пределами Библиотеке Конгресса из соображений прав, но у вас есть доступ к изображениям большего размера на сайт.)

Кроме того, вы можете приобрести копии различных типов через Услуги тиражирования Библиотеки Конгресса.

  1. Если отображается цифровое изображение: Качество цифрового изображения частично зависит от того, был ли он сделан из оригинала или промежуточного звена, такого как копия негатива или прозрачность. Если поле «Репродукционный номер» выше включает репродукционный номер, начинающийся с LC-DIG…, то есть цифровое изображение, которое было сделано прямо с оригинала и имеет достаточное разрешение для большинства целей публикации.
  2. Если есть информация, указанная в поле Номер репродукции выше: Вы можете использовать репродукционный номер для покупки копии в Duplication Services. Это будет сделано из источника, указанного в скобках после номера.

    Если в списке указаны только черно-белые («ч/б») источники и вам нужна копия, показывающая цвета или оттенка (при условии, что они есть у оригинала), обычно можно приобрести качественную копию оригинал в цвете, указав номер телефона, указанный выше, включая каталог запись («Об этом элементе») с вашим запросом.

  3. Если в поле Номер репродукции выше нет информации: Как правило, вы можете приобрести качественную копию через Duplication Services. Назовите номер телефона перечисленных выше, и включите запись каталога («Об этом элементе») в свой запрос.

Прайс-листы, контактная информация и формы заказа доступны на Веб-сайт службы дублирования.

Доступ к оригиналам

Пожалуйста, выполните следующие действия, чтобы определить, нужно ли вам заполнять квитанцию ​​о вызове в разделе «Распечатки». и читальный зал фотографий, чтобы просмотреть исходные предметы. В некоторых случаях используется суррогатное изображение (замещающее изображение). доступны, часто в виде цифрового изображения, копии или микрофильма.

  1. Элемент оцифрован? (Эскиз (маленькое) изображение будет видно слева.)

    • Да, товар оцифрован. Пожалуйста, используйте цифровое изображение вместо того, чтобы запрашивать оригинал. Все изображения могут быть просматривать в большом размере, когда вы находитесь в любом читальном зале Библиотеки Конгресса. В некоторых случаях доступны только эскизы (маленьких) изображений, когда вы находитесь вне Библиотеки Конгресс, потому что права на предмет ограничены или не были оценены на предмет прав ограничения.
      В качестве меры по сохранности мы обычно не обслуживаем оригинальный товар, когда цифровое изображение доступен. Если у вас есть веская причина посмотреть оригинал, проконсультируйтесь со ссылкой библиотекарь. (Иногда оригинал просто слишком хрупок, чтобы служить. Например, стекло и пленочные фотонегативы особенно подвержены повреждениям. Их также легче увидеть онлайн, где они представлены в виде положительных изображений.)
    • Нет, элемент не оцифрован. Пожалуйста, перейдите к #2.
  2. Указывают ли вышеприведенные поля Access Advisory или Call Number, что существует нецифровой суррогат, например, микрофильмы или копии?

    • Да, другой суррогат существует. Справочный персонал может направить вас к этому суррогат.
    • Нет, другого суррогата не существует. Перейдите к #3.
  3. Если вы не видите уменьшенное изображение или ссылку на другой суррогат, пожалуйста, заполните бланк вызова в читальный зал эстампов и фотографий. Во многих случаях оригиналы могут быть доставлены в течение нескольких минут. Другие материалы требуют назначения на более позднее время в тот же день или в будущем. Справочный персонал может проконсультировать вас как по заполнению бланка заказа, так и по срокам подачи товара.

Чтобы связаться со справочным персоналом в читальном зале эстампов и фотографий, воспользуйтесь нашим Спросите библиотекаря или позвоните в читальный зал между 8:30 и 5:00 по номеру 202-707-6394 и нажмите 3.

Тициан | Смерть Актеона | NG6420

История Актеона рассказана в «Метаморфозах» римского поэта Овидия. В более ранней картине Тициана «Диана, застигнутая врасплох Актеоном», написанной для короля Испании Филиппа II в 1556–1559 годах и ныне находящейся в совместном владении Национальной галереи и Национальных галерей Шотландии, Актеон беспокоит богиню Диану и ее нимф в тайном месте купания.

Хотя «Смерть Актеона» так и не была доставлена ​​Филиппу, она, несомненно, является ее продолжением: Актеон убегает и, остановившись, чтобы напиться у ручья, обнаруживает из своего отражения, что Диана превратила его в оленя. Тициан показывает Актеона в процессе превращения. По приказу Дианы его растерзали собственные гончие. Этот предмет редко встречается в итальянском искусстве, и Тициан, возможно, никогда не видел другой картины с ним.

Хотя картина «Смерть Актеона» была задумана примерно в 1559 году, в основном она была написана, когда Тициану было за восемьдесят.Возможно, она не полностью закончена и может быть одной из картин, оставшихся в его студии на момент его смерти.

В 1551 году Тициан начал создавать амбициозную серию крупномасштабных мифологических картин для принца Филиппа — позже Филиппа II — Испании, вдохновленных эпической поэмой римского поэта Овидия «Метаморфозы». Тициан называл эти произведения «поэзией», так как считал их визуальными эквивалентами поэзии.В эпоху Возрождения относительные достоинства живописи, поэзии и скульптуры были предметом острых споров среди художников и теоретиков Италии.

В более раннем произведении Тициана «Диана, застигнутая врасплох Актеоном», одном из стихотворений, написанных для Филиппа II в 1556–1559 годах, Актеон беспокоит Диану и ее нимф в их тайном месте для купания. Овидий рассказывает, как богиня брызгает водой на лицо Актеона и побуждает его рассказать миру о том, что он видел. В «Смерти Актеона» Тициан нарисовал продолжение: Актеон убегает и, остановившись напиться у ручья, обнаруживает в своем отражении, что Диана превратила его в оленя.Тициан показывает Актеона в процессе трансформации, или метаморфозы – его тело все еще человеческое, но у него голова оленя. Актеон обнаруживает, что не может говорить, и по приказу Дианы его разрывают насмерть собственные гончие. Этот предмет редко встречается в итальянском искусстве, и Тициан, возможно, никогда не видел другой картины с ним.

Вероятно, это картина, о которой Тициан упоминал в письме Филиппу II от июня 1559 года, в котором он говорит, что надеется закончить две картины, которые он начал, одна из которых описывается как «Актеон, растерзанный гончими».На самом деле части работы могут быть датированы серединой 1560-х годов, даже если большая часть того, что мы видим, вероятно, относится к началу 1570-х годов. Тициан начал «Смерть Актеона», когда ему было за семьдесят, все еще работал над ней, когда ему было за восемьдесят, и, возможно, она находилась в мастерской Тициана на момент его смерти в 1576 году. Она так и не была отправлена ​​в Испанию.

Вопрос о том, была ли картина завершена, вызывает много споров. Хотя материалы Тициана во второй половине его карьеры остались в основном теми же, способы их использования претерпели значительные изменения, особенно в самые последние годы его жизни.Он использовал гораздо более смелую и свободную технику и полностью использовал текстуру краски и холста, оставляя различные части своих картин в разном состоянии, как мы видим здесь.

В других поздних картинах Тициан добавлял небрежные штрихи темно-розового и синего, иногда наносимые пальцами, и возникает соблазн подумать, что он мог бы сделать то же самое здесь. Но изменение пигмента на небе, платье Дианы и других местах, а также эффект пожелтевшего лака делают картину более монохромной, чем она была изначально.Вполне возможно, что Тициан хотел еще больше конкретизировать нижнюю часть тела Актеона или добавить тетиву к луку Дианы, но это далеко не точно, поскольку в других поздних картинах он, кажется, был счастлив оставить такие детали нерешенными. Взрыв желтой краски на переднем плане, так эффектно описывающий куст, типичен для его экспрессивного прикосновения и ощущения вариативности завершения на этом этапе его карьеры. Трудно представить, как к нему можно было что-то добавить, чтобы оно выглядело более законченным в традиционном смысле.

Триумф смерти, c.1562 — c.1563 — Питер Брейгель Старший

На этой картине изображена обычная тема средневековой литературы: танец Смерти, который часто использовали северные художники. Брейгель окрашивает всю работу в красновато-коричневый тон, что придает сцене адский вид, соответствующий рассматриваемому предмету. Обилие сцен и нравоучительный смысл, примененный художниками, являются частью влияния Иеронима Босха на это произведение.Брейгель сочетает в себе две различные визуальные традиции. Это его исконная традиция северной гравюры на дереве Танца Смерти и итальянская концепция Триумфа Смерти, как на фресках, которые он мог бы увидеть в Палаццо Склафани в Палермо и в Монументальном Кампосанто в Пизе.

Более …

«Триумф смерти» — картина Питера Брейгеля Старшего, написанная маслом ок. 1562.Он находится в Музее Прадо в Мадриде с 1827 года.

На картине изображена панорама армии скелетов, сеющих хаос в почерневшем пустынном ландшафте. Вдалеке горят костры, а море усеяно обломками кораблей. Несколько безлистных деревьев усеивают холмы, в остальном лишенные растительности; рыба лежит гниющая на берегу забитого трупами пруда. Историк искусства Джеймс Снайдер подчеркивает «выжженную, бесплодную землю, лишенную какой-либо жизни, насколько может видеть глаз». В этом сеттинге легионы скелетов наступают на живых, которые либо в ужасе бегут, либо тщетно пытаются дать отпор.На переднем плане скелеты тянут повозку, полную черепов; в верхнем левом углу другие звонят в колокол, означающий похоронный звон мира. Дурак играет на лютне, а дама поет; за ними обоими подыгрывает скелет; голодная собака грызет лицо ребенка; крест находится в центре картины. Людей загоняют в ловушку в виде гроба, украшенную крестами, а скелет на коне убивает людей косой. На картине изображены люди разного социального происхождения — от крестьян и солдат до дворян, а также король и кардинал — которых без разбора берет смерть.

Скелет пародирует человеческое счастье, играя в шарманку, в то время как колеса его тележки раздавливают человека как ничто. Женщина упала на пути телеги смерти; в руке она держит веретено и прялку, классические символы хрупкости человеческой жизни. Рядом другая женщина в части тележки держит тонкую нить, которую вот-вот перережут ножницами в другой руке. Прямо под ней кардиналу помогает в его судьбе скелет, который насмешливо носит красную шляпу, в то время как бочка с золотыми монетами умирающего короля грабит еще один скелет.В одной детали обед был сорван, и посетители оказывают тщетное сопротивление. Они обнажили свои мечи, чтобы сразиться со скелетами, одетыми в пеленки; не менее безнадежно шут прячется под обеденным столом. Доска для игры в нарды и игральные карты разбросаны, а скелет, слегка замаскированный маской, опорожняет фляги с вином. Вверху скелет обнимает женщину в отвратительной пародии на послеобеденную влюбленность. Из меню прерванной трапезы можно разглядеть лишь несколько бледных булочек и закуску, по-видимому, состоящую из разрезанного человеческого черепа.Когда вспыхивает бой, скелет в мантии с капюшоном, кажется, насмешливо приносит к столу еще одно блюдо, также состоящее из человеческих костей.

На картине показаны аспекты повседневной жизни в середине шестнадцатого века. Четко изображена одежда, а также такие развлечения, как игра в карты и нарды. На нем показаны такие объекты, как музыкальные инструменты, ранние механические часы, сцены, включая панихиду, и различные методы казни, включая ломающее колесо, виселицу и палача.В одной из сцен человек становится добычей охотника за скелетами и его собак. В другой сцене скелет вот-вот бросит в пруд человека с точильным камнем на шее.

Это часть статьи Википедии, используемой в соответствии с лицензией Creative Commons Attribution-Sharealike 3.0 Unported License (CC-BY-SA). Полный текст статьи здесь →


Подробнее …

произведений по стилю: Северное Возрождение

Стиль

Произведения итальянского Возрождения и Североевропейского Возрождения сильно различались по стилю, тематике и визуальному восприятию.Итальянские художники подчеркивали исключительную красоту фресок, таких как потолок Сикстинской капеллы Микеланджело (1508-1512), таких картин, как Мона Лиза Леонардо (ок. 1503-1519) и Рафаэля Ла Форнарина (1520), скульптуры, такие как Микеланджело Давид ( 1501-1504), и архитектура, такая как Tempietto Браманте (ок. 1500). Общий эффект был одним из классической гармонии и идеализированной формы.

Художники Северной Европы, напротив, делали упор на реализм.Используя масляную краску, они создали запрестольные образы и панно для церквей и часовен, которые отражали более мрачную чувственность протестантской Реформации, превозносившую достоинства способности человека поддерживать прямую связь с Богом без посредства церковной бюрократии или подставных лиц. , а скорее независимые отношения через молитву, божественную литературу и произведения искусства. Искусство, изображавшее религиозных деятелей или сцены, следовало протестантскому богословию, изображая людей и истории без идолопоклонства в более реалистичном ключе.Портреты сосредоточены не на красоте, а на подлинном изображении предмета с точными деталями, объективно наблюдаемыми, включая его более темные психологические элементы.

В то время как итальянское искусство 15 века основывалось на математически рассчитанной линейной перспективе, северное искусство определялось эмпирической перспективой. В отличие от художников итальянского Возрождения, стремившихся к научному и рациональному пониманию мира, строивших картину, так сказать, изнутри, художники Севера пытались докопаться до тайн мира с точным наблюдением за всеми его проявлениями. вещи, фиксируя каждую деталь.Художники учились на прямом наблюдении и своих знаниях о постоянстве вещей. Они рисовали то, что видели — и таким образом, как и в рисунке кафельного пола в работах Рогира ван дер Вейдена, очень близко подошли к эффекту центральной перспективы. Этот подход, связанный с наблюдением и опытом, показал художникам, что формы теряют свои контуры по мере удаления, а интенсивность цвета уменьшается и приобретает голубоватый оттенок. Для пейзажей, которые придавали глубины их интерьерам, они изобрели — задолго до Леонардо — воздушную и цветовую перспективу.

Вместо греческого и римского искусства художники Северной Европы использовали традицию ксилографии и иллюминирования рукописей. Популярность гравюры в Северной Европе в то время позволяла выпускать изображения массово и быть широко доступными для публики. Таким образом, протестантская церковь смогла донести свое богословие до людей через созданные художниками книги, гравюры, гравюры и брошюры в больших масштабах. Это стимулировало огромный рынок для создания и распространения произведений художников, которые по-своему считались божественными творцами.Соответственно, гений Североевропейского Возрождения наиболее ярко выразился в гравюре. Опираясь на северную традицию гравюры на дереве и используя новую технологию печатного станка, такие художники, как Брейгель, Ганс Гольбейн Младший, Лукас Кранах Старший и Альбрехт Дюрер, создали шедевры в технике (каждый из этих художников преуспел в мастерстве картины тоже).

Религиозные шедевры Североевропейского Возрождения представляли собой запрестольные образы, созданные в многопанельном формате, боковые панели которых можно было сложить внутрь для сохранения и переноски.Художники, в том числе Ханс Бальдунг Грин, Диерик Баутс, Хьюго ван дер Гус, Ханс Мемлинг, Рогир ван дер Вейден, Ян ван Эйк и Матиас Грюневальд, создали свои самые известные работы в этом формате. Большинство этих работ были заказаны монастырями или церквями. Но многие представители преуспевающего купеческого сословия и частные лица также заказывали такие работы, как « Дрезденский триптих » Яна ван Эйка (1437). В некоторые запрестольные образы также были включены портреты жертвователей, как видно на алтаре Портинари Хьюго ван дер Гуса (ок.1475).

Портретная живопись была экономической опорой для многих североевропейских художников, а мастерство масляной живописи позволяло добиться художественной виртуозности, точного реализма и психологических изображений. Рогир ван дер Вейден, Петрус Кристус, Ганс Гольбейн Младший, Лукас Кранах Старший, Ганс Мемлинг, Ян ван Эйк и Альбрехт Дюрер были известными портретистами. Шедевры Ван Эйка и Дюрера включали автопортреты, которые стали основой формы, техники и чувственности.В то время как Гольбейн Младший и Кранах Старший сделали культовые портреты известных лидеров того времени, Гольбейн изобразил английский двор, а Кранах — лидеров Реформации. Кристус создал такие портреты, как его «Портрет картезианца» (1446), изображающий анонимного монаха, и его Изабель Португальская со святой Елизаветой (1457-60), а также «Портрет молодой девушки» (ок. 1470 г.), очень новаторское в представлении фигуры на детализированном, а не плоском фоне.Портреты Рогира ван ден Вейдена, такие как его «Портрет женщины » (1460), отличались скульптурными чертами лица и реалистичным выражением.

Североевропейское Возрождение было ответственно за появление различных новых жанров, которые стали устойчивыми мотивами в западном искусстве. Иоахим Патинир стал пионером в прославлении пейзажа в таких работах, как « Бегство в Египет » (около 1515 г.), жанр, который Брейгель развил в таких работах, как « Зимний пейзаж с конькобежцами» и «Ловушка для птиц » (1565 г.).Брейгель также разработал жанр изображения сельской жизни, как это видно из «Крестьянский танец » (1568 г.), характерный сюжет, из-за которого его прозвали «крестьянином Брейгелем» за его точное изображение деревенской жизни. Картина Альбрехта Дюрера «Большой кусок дерна » (1503 г.) послужила основой для развития натюрморта. Он также был пионером в жанре изображения животных, как это видно на его акварели Заяц (1502) или его гравюре на дереве Носорог (1515).

См. также Северное Возрождение (художественное направление)

Источники:
www.theartstory.org
www.visual-arts-cork.com

Википедия: https://en.wikipedia.org/wiki/Северный_Ренессанс

Джули Грин, художница, рисовавшая последние трапезы заключенных, скончалась в возрасте 60 лет

Эта статья была первоначально опубликована The Art Newspaper, редакционным партнером CNN Style.

Художница Джули Грин скончалась в прошлый вторник, 12 октября, в возрасте 60 лет после борьбы с раком яичников, подтвердила галерея художницы Upfor.

Профессор искусств Орегонского государственного университета Грин создал трогательное наследие, в котором подчеркивается странный и душевный ритуал для приговоренных к смертной казни через «Тайную вечерю», серию сине-белой керамической посуды, обожженной в печи, с нарисованные изображения запросов заключенных на последний ужин.

В сентябре Грин завершил проект, который охватывал 21 год и 1000 пластин, чтобы осветить сложные эмоциональные решения тех, кому грозит неминуемая смерть, а также расовые и исторические последствия смертной казни в Соединенных Штатах.На момент смерти художника первые 800 тарелок из «Тайной вечери» были выставлены в Художественном музее Белвью в Вашингтоне, где они останутся до января.

Крупный план одной из тарелок Джули Грин «Тайная вечеря», на которой изображен праздничный торт, подаренный заключенному камеры смертников. Предоставлено: Джон Дж. Ким/Chicago Tribune/Getty Images

«Питание очеловечивает камеру смертников», — сказал Грин в заявлении 2020 года для выставки Bellevue. План Грина состоял в том, чтобы расписывать по 50 тарелок в год, пока в США не отменят смертную казнь, но по мере того, как болезнь Грина прогрессировала, художник решил завершить серию на 1000 работах.

«Меню дает информацию о регионе, расе и экономическом положении», — говорится в заявлении Грина. «Семейная история становится очевидной, когда () Департамент исправительных учреждений Индианы добавляет: «Он сказал нам, что у него никогда не было праздничного торта, поэтому мы заказали ему праздничный торт». что новостные агентства обычно делают последний прием пищи частью истории последних часов жизни заключенного. Диссонирующая сила «Тайной вечери» заключается в интимном характере еды, классическом кобальтовом пигменте, жестокости смертной казни и публике как зрителе.

Некоторые пластины были созданы в день казни, почти в реальном времени. В других случаях Грин прочесывал записи, чтобы определить последние запросы на еду. В одной работе показана еда двух чернокожих подростков из Миссисипи, которые в 1947 году получили жареную курицу и арбуз, прежде чем их отправили на электрический стул за убийство. В тех случаях, когда заключенный ничего не просил, Грин рисовал слово «Нет» или текст, записанный тюремными властями.

Подборка работ, выставленных в Художественном музее Белвью в Вашингтоне.Фото: Courtesy Bellevue Arts Museum

«Я любитель еды, — сказал Грин The New York Times в 2013 году. — Еда всегда была для меня праздником. контраста».

В 2018 году Грин начал «Первый прием пищи», задуманный как противоядие от рисования ужинов в камере смертников. Каждая работа из этой серии изображает первый прием пищи после освобождения из-под стражи по неправомерному осуждению.

Comments